Книга Хайноре. Книга 1, страница 110 – Рика Иволка

Оставшись почти наедине, братья вдруг замолчали, пристально глядя друг на друга. Гвардеец сделал шаг ближе, и лорд тут же вскочил на ноги, будто предупреждая, что готов напасть, не взирая на собственную безоружность по сравнению с противником.

— Брат, я тебя прошу…

— Лучше уйди. Сейчас.

— Дай я скажу, что хотел, и тогда…

— Я сказал — сейчас! — прогремел медведь, и Лира застонала от боли в голове, словно голос лорда звучал в ее ушах громче приоратских колоколов.

— Пожалуйста… — Валирейн снова всхлипнула, но постаралась сделать голос серьезным. Она со стоном подтянулась на локтях и приподнялась, чтобы опереться спиной в край телеги. — Я прошу вас… поговорите… просто поговорите… вам это нужно.

Дормонд молча сверлил брата взглядом, но нападать не торопился. Биро осторожно наклонился в сторону и отложил нож.

— Давай сядем и поговорим. Ради миледи.

— О чем говорить? — резко начал медведь. — Все и так ясно. Плешивый мелкий крот предал брата за какое-то обещание Короны, а теперь, видите ли, раскаялся. Это ты хотел рассказать?

— Может и это. Но ты, братец, случайно не находишь в наших историях ничего похожего, а? На тебя они тоже нашли управу. Корона это умеет. Я… — он опустил руки. — Ты прав, для меня прощения по закону Севера нет. Но у тебя будет хорошая возможность отомстить мне и представить к суду Одноглазого бога. Только вернись на родину не как наместник короны, а как правитель. Верни нам острова, пока они еще могут вернуться.

— Так ты и остался мелким идиотом. Только теперь тебя используют повстанцы, а не Корона. Какая разница уже? Это их борьба. Для Севера все уже закончилось.

— Нет! Нет же! — Биро схватил Дормонда за плечо. — Брат, это моя ошибка, я хочу ее исправить. Все, что творится сейчас на севере, моя вина. Но одному мне с этим не справиться…

— А вот меня не втягивай, — зло засмеявшись, лорд пригрозил младшему кулаком. — Найди в себе смелость решить все самостоятельно. Или живи и дальше с этой виной на горбу, как все живут. Все те, кто повзрослел и отбросил щенячье геройство. Все те, кто принял действительность, как она есть.

Милорд сплюнул и дернул плечом, сбрасывая с себя руку брата, и хотел было уже отвернуться от него, но тот не позволил, крепко схватив за локоть.

— Нет. Я хочу хотя бы попробовать все исправить. Ты еще не понимаешь, Бриган, но у нас с тобой одна цель. Я несу ответственность за то, что случилось с тобой. Ты ответственен за то, чтобы вернуть Север северянам, ведь только ты сможешь. Не увиливай, это твоя родина, это твой настоящий дом, а не Королевство. Отца больше нет, других наследников тоже. В совете кланов сидят рыдающие вдовы, день ото дня теряющие сыновей. А королевские плащи ходят там и строят свои порядки. Учат молодежь. Помогают восстанавливать жилища, обещают благополучие и защиту. Ты знаешь женщин. Они не так безумны, как мы, какими бы преданными своему народу ни были. Рано или поздно здравомыслие в них пересилит, и они предпочтут защиту, нежели голод и нищету. Потому что преданностью не накормишь детей и не укроешься от холодов. И будут правы. Но мы… брат. Давай вернемся и защитим этих женщин. Давай оправдаем их надежды, пока они все еще держатся, пока Корона не пустила корни на нашей земле. Пока она все еще пахнет нами, а не розовой водой, вином и шлюхами.