Онлайн книга «Хайноре. Книга 1»
|
— Табаку хочешь? — Он протянул рыжему трубку, приседая рядом на корточки. — Хороший табак. — Прямиком из Фандия? — Рыжий косо глянул на мужика, и Нора открыла второй глаз. От его грязных ног дурно пахло, и изо рта тоже, ей хотелось сказать ему — пусть сначала мятной травы пожует, а потом к честным людям со своим табаком лезет, но решила промолчать. — Верно, Фандия. — Рос на склонах гор? Моряк кивнул. — Собирали в отведенный час на полную луну? Моряк снова кивнул, а Нора, уже окончательно проснувшись, привстала и возмущенно посмотрела на северянина — да что тебе сдался этот табак?! Прогони этого грязного краба уже, пусть уйдет! — А сушился под палящим солнцем сорок один день? — Да что?!.. — начала было Нора, но рыжий ее грозным взглядом заткнул, что пробкой. Моряк улыбнулся, обнажая желто-бурые зубы, и снова мотнул головой. — Хорошо. Пойдем, Лис. Они встали и пошли прочь с причала, Нора плелась рядом и не могла в толк взять — ей все это снится или как? Что за разговор такой бестолковый? Куда они идут? Глупый сон какой-то… ей же если и снится, то мамка или Нейка, как они бегают по лесу, спасаясь от медведя, или как пьют молоко из бесконечной кринки, сытые и довольные, а потом мамка с Нейкой уходят по раскаленному мосту, Нора зовет их, а они не слышат. Моряк вел их по какой-то узенькой улочке, и чем глубже они заходили в город, тем темнее становилось — солнце пряталось за домами, рисуя на стенах хитрые длинные тени. Нора шла будто в полусне, и в этом полусне тени казались спутниками, словно бы их было не трое, а шестеро или даже больше, все они молчали, просто шли рядом, как стражники, ведущие на казнь преступников. Нора поежилась, чувствуя, как холодок щекочет спину и отгоняет сонливость. Нет здесь никого… только северянин, моряк и дочь лесника, вот и все. А это просто тени… И пусть ей все это не снится, пусть все это всамделишное, рыжий ей все расскажет и разъяснит, обязательно, а если нет, так она заставит, она уже с ним толки вести научена, она-то к нему подход знает. — Что тут творится? — шепотом спрашивает Нора, дергая северянина за рукав. — Что такое? Ну скажи, скажи! — Цыц! Молча иди. — Ну пожалуйста! Я сейчас с ума сойду, вот прямо тут сойду, ну скажи! — Если не заткнешься, — прошипел ей в ухо, скалясь, — я тебя на улице оставлю соколиному патрулю на поругание, поняла? — Поняла… Да уж, подход к нему еще искать и искать, как в кромешной тьме иголичье ушко… Моряк их будто не слышал. Шел себе впереди, словно не боясь удара в спину, насвистывал какую-то старинную детскую песенку, Нора едва не стала подпевать. А потом остановился у неприметной деревянной двери в какой-то большой сарай, открыл ее, и двинулся дальше по улице, будто бы ничего не делал, ничего не говорил и вообще мимо шел, к пивнушке, а дверца сама открылась, не знамо как, может сквозняк… Пока Нора удивленно смотрела ему в след, рыжий недолго думая взял ее за руку и тенью скользнул в проем. Они шли вдоль высоких стен из бочек и коробов, в полумраке, ловя отдаленный дрожащий свет лампадки. В конце концов рыжий остановился. — Ну, будь здоров, Топор. — Лис. Вот уж не ждал… Нора выглянула из-за его спины, осторожненько, чтоб хоть полглазком посмотреть. Топор был невысоким, но крепким, шире в плечах даже рыжего, и лицо у него в самом деле было как топор — узкое, со здоровенным острым носом, хоть заместо гарпуна пользуй. А глаза маленькие, и совсем Норе не понравились. Особливо, когда они ее увидели. |