Книга Код человека. Часть 1, страница 29 – Рика Иволка, Евгений Верданен

Теперь блоков было меньше, но Чес хотелось снять все. Хотелось освободиться от родительских оков дома, хотелось стать сильнее, больше не зависеть от таблеток и чужого решения. Когда она озвучила это Рэду, Шестерка как-то растроганно засмеялся и обнял ее за плечи.

— Ты настоящий панк, детка! Тиграм такие нужны. Тут только одно правило — слушаться Дика. И больше никого! Ну чем не рай для вольной кошечки?

«Тигры» или «Тайгасу» — скопище банд Подземья, которое, точно великий завоеватель, однажды объединил Дикон Такахаси. Дик серьезный парень, говорил Рэд, важно округляя глаза, он Тиграм — отец, старший брат, отчим и палка, бьющая по заднице за провинность. До Великого объединения банд по заброшенным веткам йоркского метро сновали разрозненные преступные группировки, постоянно дерущиеся за власть. Было много крови, наркотиков, ошибок и попыток начать сначала. А потом в их Подземелье, Царствие Хаоса, прямо на минус четвертый уровень Ада, точно ангел на неоновых крыльях, спустился вестник Порядка, назвавший себя Диконом Такахаси.

— Дик взял нас с парнями под свое светящееся крыло и рёк: «Отныне вы 'Тайгасу», бесстрашные Тигры Анархии! Сила Хаоса в ваших сердцах будет служить мне и великой Идее Порядка, пока Хель не поглотит этот грешный кусок земли в бескрайнем космосе!«. Ну, или как-то так, точно не помню… — Рэд расхаживал по ее 'палате», бурно жестикулируя. Его зрачки смешали в себе все цвета радуги — сигнал о легком передозе трипчипов. — Не всем братьям внизу это понравилось… но, надо сказать, Дик умеет быть убедительным.

Звучало жуть как эпично, но внутри все почему-то съеживалось. Чес не хотела кому-то служить. Не хотела снова становится под чьим-то крылом. Она выбралась из гнезда, она теперь свободная птичка, и если и пойдет к кому-то в дело, то лишь по собственному желанию. Или выгоде. И пока дружить с Диком ей было очень выгодно.

На четвертый день, когда жизненные показатели были почти в норме, а Чес уже не первый раз норовила выдернуть из себя все эти треклятые проводки, Резчик сдался и вызвал Рэда — забирай, мол, свое бесноватое имущество, счет уже выставлен.

— Слушай, — начал в тот день Шестерка, роясь в ее шмотках — на увитый кабелями пол клиники сыпались разноцветные драные майки и топики, черные полупрозрачные штаны из латекса, короткая розовая куртка, даже одна мини-юбка — порно-пародия на моду японских школьниц из прошлого века. Все это Чес прикупила в свой первый день в Йорке на барахолке Бетельгейзе, но носила всегда только одно, — у тебя нет чего-нибудь поприличнее?

— М-м-м… ну были те офисные тряпки… но я их выкинула.

Рэд побледнел, покраснел и снова побледнел. Видно, вспомнил размер счета, который ему выставил магазин.

— Что? Там же было все в крови!

Шестерка хлопнул себя по лбу.

— Но их же можно было… ох, ладно. Сам виноват, нужно было проследить.

Чес сунула ноги в любимые казаки, спрыгнула с больничной койки и с наслаждением потянулась. Голова еще немного кружилась, но и черт с ним — она столько лет пробыла в горизонтальной позе, что теперь просто не могла лежать больше дня. Ночи. Семи часов. Максимум.

— Подожди-ка, Шестерка… — Чес игриво пробежалась пальцами по его татуированной спине — Рэд тоже предпочитал дырявые майки, — зачем мне приличные шмотки? Мы что, идем знакомиться с твоими предками?