Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 126 – Леси Филеберт

— Ладно, — резко сказал я, сжимая кулаки. — Будем жечь.

Еления округлила глаза:

— Так старалась возрождать это поле, а ты хочешь одним махом всё перечеркнуть и спалить?

— А ты хочешь дождаться, пока первый эльф нанюхается этой дряни и начнет кутить так, что фейерверки безумия будут видны по ту сторону моста?

Еления не нашлась что ответить, хотя возразить ей явно хотелось. Но она промолчала, а я выхватил из кармана зажигалку (да, я ношу её с собой, магия — магией, но огонь решает многие проблемы, когда оказываешься в антимагической зоне или там, где лучше просто не привлекать к себе внимание магией) и щелкнул кнопкой включения. Для проверки реакции валерианы на огонь поднес зажигалку к растениям, пламя охотно прыгнуло на ближайший кустик валерианы, охватывая полностью ее соцветия, и...

И ничего.

Валериана даже не обуглилась. Листья слегка почернели в местах, где я провел зажигалкой, затем раз — и снова зазеленели, будто я плеснул на них водой, а не поджег. Я аж глазам своим не поверил и протер их кулаками, проморгался. Но нет, не померещилось, повторный эксперимент дал такой же результат.

— С ума сойти, — прошептал я. — Штольценберг, ты что за забористую дрянь тут вырастила?

— Магия регенерации, — неуверенно сказала Штольценберг. — Я же закрепила ее на поле... Кажется, оно теперь может себя лечить...

— Ты что, наложила бессмертие на целую плантацию местной дурман-травы?!

— Я просто хотела, чтобы поле быстрее вылечилось! И колдовала так же, как тогда в лесу, с варгами. Помнишь, как ветку на место вернула? Ну вот, это немного другое, но тот же тип магии. Что плохого в том, что я вылечила поле?

Я закрыл глаза и медленно досчитал до десяти. Потом до двадцати. Потом понял, что это не помогает, и просто застонал. Увы, не от удовольствия.

Кажется, лечиться скоро нужно будет мне. У психолога или психиатра. Если доживу до встречи с ними, конечно.

— Хорошо, — сквозь зубы сказал я. — Тогда будем вышибать клин клином. Магией то бишь.

Я вытянул руку и выпустил поток зеленого пламени — того самого, что обычно превращает нечисть в аккуратные пепельные башенки, любимое мое оружие.

Но сейчас оно не сработало. Впервые! Валериана недовольно зашумела, зашелестела листочками... и зацвела еще пышнее. Я прям увидел, как растения на глазах выросли сразу на десять сантиметров.

— О, кажется, ты ей понравился, — заметила Штольценберг.

— Ч-что произошло с валерианой?

— Твоя магия ее удобрила. Не каждый маг может накормить своей магией целое поле, но тебе это удалось. Говорю же, ты ей понравился!

Я посмотрел на свои руки. Руки верховного инквизитора, который одним взглядом заставлял трепетать чародеев. Руки, которые с легкостью испепеляют стаю нечисти. Руки, которые сейчас оказались беспомощны перед треклятой травой.

Проверять другое заклинание, и особенно — свою природную магию, позволяющую стирать некоторые объекты реальности, я не рискнул. Упаси Пресвятая Мелия, еще удобрю поле так, что оно вымахает на метр в высоту.

Да что за день сегодня такой?!

— Может, выкопаем? — неуверенно предложила Еления.

— Ты серьезно? — я ткнул пальцем в поле. — Здесь гектары валерианы! Пока мы выкопаем хотя бы десятую часть, эльфы уже начнут ставить на уши всю страну. Да и что-то мне подсказывает, что выкопать эти растения теперь просто так не получится... Если их даже мое зеленое пламя не берет, то ситуация патовая.