Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 300 – Леси Филеберт

Дыхание перехватило, я просто в ужасе смотрела на любимого мужчину, пытаясь осознать сюр происходящего и истерично соображая, что я могу сделать.

Он улыбнулся мне — печально так... прощально.

— Ну... Я успел полюбить, — тихо произнес он, глядя мне в глаза. — Это главное. Даже если никто об этом не вспомнит... Ты — самое прекрасное, что случилось в моей жизни, Еля.

Он притянул меня к себе за затылок, буквально впиваясь в губы поцелуем.

Это был не нежный, прощальный поцелуй из слезливых мелодрам, а что-то яростное, отчаянное, полное всей той боли, любви и гнева, которые кипели внутри нас. Это был поцелуй-воспоминание, поцелуй-клятва, поцелуй-протест против несправедливости вселенной. Я впивалась пальцами в плечи Лунтьера, пытаясь вдохнуть в него всю себя, запомнить вкус его губ, запах его кожи, я пыталась выжечь этот момент в своей памяти навсегда, зная, что это невозможно... Это был поцелуй в бездну, поцелуй в никуда, но мы дышали друг другом, как будто могли этим остановить время. Я чувствовала, как по моим щекам текут слезы, соленые и горькие, рыдания подступали к горлу и грозились вот-вот прорваться наружу.

Лунтьер оторвался от моих губ, прижал лоб к моему лбу, его дыхание было таким же прерывистым, как мое.

— Прощай, моя взрывная ядерность, — прошептал он. — Люблю тебя. И буду любить до последнего своего вздоха.

И прежде чем я успела что-то сказать, схватить его, удержать, он оттолкнул меня назад, в сторону Эльмара, а сам кубарем полетел вниз, в черноту, навстречу булькающему хаосу.

Я пошатнулась, стеклянным взором глядя во вспыхнувший золотом колодец, касаясь своих губ, еще хранящих тепло поцелуя, чувствуя ужасающую, абсолютную пустоту внутри. Всё внутри меня замерло, онемело, превратилось в лед. Не было ни крика, ни слез, только всепоглощающая пустота, в которой не осталось ничего, кроме боли.

Сбоку раздался какой-то отдалённый, приглушённый частью моего мозга крик генерала: «Безумная! Вы хотите умереть?!».

Каменная пыль, посыпавшаяся с потолка... Грохот, обещающий скорое обрушение. Рука Эльмара, схватившая меня за плечо, чтобы оттащить от края колодца, к которому я опять прильнула.

Но всё это было где-то очень далеко... За толстым слоем стекла, которым стал мой мир. Единственное, что было реально — это леденящая пустота в груди и разрывающее её отчаяние.

Я вырвалась из генеральской хватки с силой, которой сама от себя не ожидала.

— Нет! — мой собственный крик оглушил меня, прозвучав дико и надрывно в грохоте рушащегося подземелья. — Я не оставлю его! Я его Страж! Я должна быть со своим Бойцом!

И прежде чем страх успел снова сжать моё горло, я шагнула вперёд, в чёрный зев колодца.

И тоже камнем рухнула в распахнувшую объятья бездну.

Ощущение падения было не таким, как я ожидала. Это не было стремительным полётом вниз, это было скорее зависание в странном пространстве, бесконечный полёт сквозь вихрь безумия. Вокруг кружились не просто всполохи магии, это были обрывки реальности, воспоминаний, страхов... Я пролетала сквозь клубящиеся тучи искажённых лиц, сквозь шепот проклятий и эхо собственного голоса. Воздух (если это был воздух) гудел, звенел и пел на тысячи ладов, сводя с ума. Казалось, я падала сквозь саму ткань мироздания, которую Лунтьер сейчас стирал ластиком своей чудовищной магии.