Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 304 – Леси Филеберт

Это очень хорошо, что нас выбросило в Армариллис, потому что измерение тут само по себе исцеляющее, не говоря уже о лекарях, которые быстро поднимут нас на ноги. И надо, пожалуй, доползти до внутреннего дворика академии, чтобы подпитаться там энергией от соприкосновения с древним магическим отпечатком в камне.

— Ты как? — я протянул руку Елении, помогая ей подняться, хоть мои мышцы и кричали о беспощадной забастовке. — Готова к экскурсии по колыбели фортеминов?

— Только если там есть крепкий кофе, — вздохнула она. — И еда... Мне кажется, я готова проглотить слона.

— А я — двух, — усмехнулся я.

— Возможно, я съем одного своего слона и перейду к двум твоим.

— Подеремся в попытке поделить шкуры мифических слонов?

О, надо же, даже нашел в себе силы широко и искренне улыбнуться.

Облегчение затопило с головой, с монстром было покончено, дело осталось за малым — понять, что в мире без нас творилось, сколько времени нас не было, насколько масштабно моя магия стирания повлияла на мою личность и... Хм... А меня коллеги вспомнят вообще? А родители?

Сердце при этой мысли болезненно сжалось.

Когда прыгал в колодец, я понимал, что сотру вместе с колодцем свою личность, и не планировал возвращаться. Но вот я здесь, в Армариллисе... Какую информацию я о себе стёр, если я жив, а колодца и древней прожорливой твари в нем больше нет? Или магия Елении удержала не только мою телесность, но и информацию о моей личности в этом мире?

Во всем этом нужно было разобраться как можно скорее, но узнать ответы на эти вопросы можно было, только добравшись до академии.

Мы побрели шатающейся походкой к главному входу в академию, массивные дубовые двери которой были, как всегда, распахнуты настежь. Мы вошли в главный холл, прошли по одному коридору, другому...

Что-то было не так, но от усталости я не сразу обратил на это внимание.

Зато Еления обратила.

— Здесь всегда так тихо? — с интересом спросила она.

И тут меня обдало ледяным волной тревоги.

Тишина.

Не просто отсутствие звуков. А гробовая, звенящая, неестественная тишина давила на уши. Холл Армариллиса никогда не бывает таким тихим... Никогда! Он всегда гудел, как растревоженный улей: споры адептов, цокот каблуков по мрамору, шелест страниц, отголоски заклинаний из аудиторий, голоса фортеминов, вечно о чем-то спорящих, отдаленные звуки битв взрослых коллег и смех юных адептов, которые в игровой форме изучают азы боевой магии...

Сейчас же было тихо настолько, что тишина эта казалась неестественной, будто кто-то выключил все звуки. Пыль танцевала в лучах света, падающих из высоких окон, воздух стоял подозрительно неподвижный.

— Лэнни? — Еления тихо позвала меня, ее пальцы сжали мой локоть крепче. — Всё в порядке? Ты какой-то напряженный... Я чувствую твою нервозность. Что-то не так, да?

Я остановился посреди коридора, медленно поворачивая голову, пытаясь уловить любой звук. Хоть что-то, какие-то отдаленные крики, звуки сражения.

Ничего. Только биение собственного сердца, которое начало отчаянно колотиться где-то в горле.

Ладно, Брандт, не паникуй. Наверное, отец собрал всех на срочное совещание в дальнем зале, вот и всё.

Но внутренний голос истерично поддакивал: «Всего-то-навсего куда-то подевались все величайшие маги империи, пф-ф-ф, мелочи!»