Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 490 – Ирина Смирнова

— Подойти надо со стороны спинки, лечь животом на нее и перегнуться, чтобы упереться руками в сидение, - пояснила она, вставая с кровати и направляясь в мою сторону. Я замер, уставившись на ее руку, сжимающую хлыст. Потом выполнил приказ, стараясь двигаться как можно привлекательнее.

Удары флоггером никогда не казались мне чем-то нежным, хотя парни обычно называли подобное наказание лаской перед сексом, бурно обсуждая, кто сколько вытерпел. Меня от называемых чисел всегда пробирал холодный пот - пятьдесят звучало как приговор, сотня казалась фантастикой, двести вообще было что-то запредельное, а ведь парень, переживший эти двести ударов, спустя пару суток выполз в гаремный зал. Нет, у матери в коллекции были «игровые» флоггеры, именно для ласки перед сексом, для разогрева и для наказания меня и Юйлайнэ. Но иногда мне доставалось и обычным, традиционным, от обжигающего удара которого хотелось кричать. Но с плетью его, конечно, было не сравнить. Хотя мать била не слабее, чем Найс.

Сейчас же мои самые страшные ожидания не оправдались - госпожа не ласкала, но и не лупила изо всех сил. Удары жалили больно, но терпимо. Я вскрикнул только на последнем, и то, скорее, чтобы напомнить госпоже о том, что она обещала не быть со мной слишком строгой. И госпожа тут же опустила хлыст.

— Молодец, что честно терпел, сколько мог, - произнесла она, с едва слышимой иронией в голосе.

Я давно наловчился различать малейшие изменения интонации у матери, по ним можно было догадываться, что меня ждет дальше. Приподняв голову, я посмотрел на госпожу. Взгляд у нее был ласковый и заинтересованный.

— Поднимайся и иди на кровать, смажу твою хорошенькую пострадавшую часть тела.

Обмирая от ожидания и предвкушения, я выполнил ее приказ, тихо шепча про себя, как мантру: «Только бы получилось, только бы получилось…». Так хотелось, чтобы наконец использовали, по настоящему, как мужа.

Не дожидаясь, пока я улягусь поудобнее, госпожа сходила в ванную комнату и вернулась с уже знакомой баночкой иши. Присела на кровать рядом, близко-близко, так что я чувствовал тепло ее тела.

— Не трясись, змееныш, все плохое на сегодня закончилось, - произнесла она все с той же ироничной интонацией в голосе. - Красивый мальчик, - ее обжигающие пальчики пробежались от моего плеча вниз, тронули одну из ноющих полос, потом исчезли и снова вернулись уже прохладными от масла. - Такой нежный...

Госпожа медленно размазывала по мне масло и молчала. Я тоже молчал, наслаждаясь. Ее пальцы, как бы невзначай, все чаще соскальзывали в ложбинку между ягодицами и пока только прикасались, быстро и мимолетно к сжатому колечку мышц. Сдерживаться было все сложнее и сложнее, хотелось выгибаться, тереться об покрывало, постанывать и отдаться уже наконец!

Лайри:

Я сегодня весь вечер настраивалась на то, что этот самый вечер целиком будет посвящен змейству. Оторван от Найса и отдан змеенышу. Когда мы прилетели домой, то выяснилось, что почти невменяемое от усталости, и, несмотря на дневной сон, все равно не выспавшееся, Сокровище собирается ночью стать гробокопателем. Так что вечер, в любом случае, у меня свободен, поэтому Найс был оставлен на досыпание в своей комнате, куда я к нему заявилась за новостями и едва растолкала, чтобы выслушать отчет. После которого Найс упал обратно мордой в подушку, а я полюбовалась этой умильной картинкой, заботливо прикрыла Сокровище одеялом и пошла читать учебник. Еще раз. Оказывается, когда сухая теория вдруг обрастает соблазнительной змеиной плотью, все читается совсем по-другому, и учиться не скучно.