Книга Ледяные маски Оверхольма. Часть 1, страница 48 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— Вы вещаете как дьявол, леди Оверхольм.

— Я говорю от сердца, дорогая. И уверена, все мои предки сейчас меня одобряют.

Ага, пусть попробуют не одобрить, лично выкопаю каждого из могилки и плюну на лысый череп. Сами ханжи и рабовладельцы, а туда же!

— Ваши слова звучат так заманчиво… — Гортензия впервые чуть заметно и неуверенно улыбнулась. — Признаюсь вам, дорогая, иногда мне действительно хотелось, чтобы он заметил… понял…

— Сделаем! — уверенно перебила я. — Доверьтесь мне. Еще как заметит и все поймет. Хотите, я пришлю вам небольшой эскиз платья, в качестве презента? Думаю, в течение недели. Только умоляю, верните свой настоящий цвет волос. Мне так нравились ваши струящиеся темные локоны.

Хоть одна союзница в столице мне не помешает, это раз. Потренироваться на ком-то еще всегда полезно, это два. Так что вперед, Ксю!

— Локоны? Но я всегда носила прическу…

Упс. Но ничего.

— Это давнее воспоминание, — постаралась выкрутиться я.

— Ах, из детства… но разве прилично взрослой даме ходить будто ребенку, не заплетенной?

— Взрослой даме, матери двоих прекрасных сыновей и победительнице, прилично и можно все, что ей хочется.

Кажется, эти слова снова вогнали Гортензию в легкий ступор. Но скорее положительный. Она только что осознала себя взрослой, матерью семейства и вообще? Похоже.

— Ох, леди Оверхольм! А вы, значит, тоже беременны? Поздравляю.

— Эм… — Я не совсем поняла логику девушки. — С чего вы так решили?

— Ну, вы выглядите будто тоже победили. Не хотите пока говорить мужу, да?

— Я репетирую. — Мой тихий смех вызвал у нее настоящую улыбку. Наконец! И ведь действительно: одень и причеши девушку правильно — глаз будет не оторвать. При том, что она уже двоих выносила. Но я не ревнивая и не жадная, на такую соперницу за внимание света, пожалуй, согласна.

— Хорошо. Счастья вам. И побольше сыновей. Лорд Оверхольм статный мужчина, не то что… эм, некоторые. Малыши будут прекрасными.

— Спасибо, — дипломатично поблагодарила я, мысленно показав статному лорду кукиш. — Но что мы все о семье? Я так давно не была нигде, кроме северного поместья мужа. Вы не просветите меня, дорогая, что тут произошло в мое отсутствие?

— О… — Гортензия разом отвлеклась от своих мыслей. — Конечно! Что именно вас интересует, дорогая?

— Вот как, значит. — Я мысленно почесала затылок. Нет, Гортензия ничего не сказала прямо. Но я в который раз удивилась своей интуиции и поблагодарила это незаменимое качество. Леди Болдуин, оставаясь перепуганным крашеным кроликом в лапах северного волка, не потеряла острой наблюдательности и удивительного умения делать выводы из неочевидных фактов.

— Я думаю, это временно, — торопливо утешила собеседница. — Лорд Оверхольм никогда не был фаворитом его величества, но всегда пользовался его глубоким уважением и благодарностью. А то, что происходит сейчас… всего лишь мелкие политические дрязги в мужских кругах. Не стоит об этом волноваться, просто надо быть в курсе.

Я кивнула. Удивительная философия южных женщин открылась мне только что и опять же со слов этой нежной моли. Мужские дела и политика — фу. Но руку на пульсе следует держать всегда. Потому что рано или поздно большие мальчики могут доиграться, и тогда маленьким девочкам придется спасать себя и детей любыми способами. Например, выходить замуж за победителей… и драпать от них в монастыри. Последнего я не поняла, но в этой эскападе явно был какой-то тайный смысл, на который намекнула Гортензия. Мне оставалось понимающе покивать и поставить в умственном блокнотике жирную галочку напротив слов «какого хрена?».