Книга Крапива, которая любила читать. Часть 2, страница 33 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

Оля не смогла выжить в той аварии. Хотя она и умерла гораздо позже. После нескольких лет агонии.

А я… а я — не она. Чтобы жить дальше, мне пришлось похоронить Ольгу Владимировну Семенову. И стать другим человеком. Я даже фамилию в паспорте сменила. Это было не трудно, гораздо легче, чем оставить старое кладбище в маленьком городе, где на могиле с двумя табличками появилась третья. Я сама ее туда привинтила вопреки всяким правилам. А потом ушла и больше никогда не возвращалась.

— Еды в лагере не осталось, — уныло доложил Верат, присаживаясь прямо на землю рядом со мной. — Даже рыбьи кости и те съели, сволочуги.

— Да и демон с ними. — Я пожала плечами и вытерла влажной тканью зареванное до неузнаваемости лицо Магнолии. Люпин всхлипывал рядышком, его так трясло, что пришлось обнимать и держать. Очень жаль, что у меня всего две руки. — Новую поймайте. Идите и займитесь, вы мужчины или где?

— Они… всех сожрали… везде кровь… — Кажется, кошмары близнецам снились одинаковые. Во всяком случае, колотило их дружно, да и бормотали они одно и то же.

— Тихо-тихо, эти твари смолотили только бамбук. — Я повторяла эту немудреную фразу примерно в сотый раз и очень хотела найти новую бамбучину. Чтобы настучать одному педагогу по голове. Или хотя бы по заднице.

— Не надо за рыбой, есть у нас еда. — Нарцисс смущенно потупил глаза, признавая за собой вину. Но только передо мной.

— Где? — удивился Вер.

— Вон там. — Цветочек указал на крокобабочку. Да что ж за дерево он такое, а?! Дуб дубом!

— Тсс… — Вообще мальчишки обычно не склонны к таким бурным истерикам, и наш Люпин не исключение. Но сегодня детям слишком сильно досталось. — Ну тихо, зайчик. Никто твоего крокодильчика не съест, успокойся.

— Ты говорил, она несъедобна, — смутился даже Инермис.

— А? Да я не про бабочку! — возмутился Нарцисс. — А про то, что под ней! Эта дурь, видимо, решила отплатить нам за то, что мы ее накормили рыбкой и долго носили на руках.

— Малыш? — внезапно оживился Люпин. — Он не плохой, да? — спросил ребенок с такой надеждой, что я гневно взглянула на этого «воспитателя».

— Он крылатая зубастая тварь, которую все равно надо держать на привязи, — пробухтел Нарцисс. — Этот самец летучего недоразумения даже так умудрился приманить папашу ваших поросят и залюбить его до смерти. Так что жаркое нам обеспечено. Со стимулирующей энергию и регенерацию приправой. — Он мрачно ткнул пальцем сначала в раздавленный цветок кошмарника, а потом в два горшка с чесунчиками, или как он их там обозвал. За ночь эти растительные хулиганы вымахали вдвое и, судя по всему, черт-те чем занялись в своем загоне. Потому как теперь мы имели возможность полюбоваться на десяток покрытых слизью плодов, выложенных вдоль ограды.

Кстати, хвостоперки к этим растительным монстрам даже не сунулись. Удачно оставленный в загородке запасной шезлонг очень пригодился для Инермиса, лежбище которого сожрали вместе с остальными результатами нашего труда.

— Бамбука в роще много, а руку все уже набили. Теперь вещи точно не получатся кособокими, и времени меньше потратим. — На сердце стало легче. Да, нервы, конечно, всем подпортили, но если посмотреть на ситуацию здраво, то ничего по-настоящему страшного ни с кем не случилось.

— Нет нужды так напрягаться, — вздохнул Нарцисс. — Теперь у меня есть ингредиенты для лечебного зелья. Максимум через три-четыре дня я поставлю Инермиса на ноги, а через неделю мы сможем тронуться в путь. Примерное направление я знаю. Правда, несколько разведывательных рейдов все равно не помешают.