Онлайн книга «А единороги будут?»
|
Я тихо ойкнула, но Бхинатар ухватил меня за руку и слегка сдавил мои пальцы своими. Заметив, что я на него смотрю, он плотно сжал губы, недвусмысленно намекая, что мне следует молчать в тряпочку. Ну, в целом, я была с ним согласна, — двести ударов плетью для быстро регенерирующего дроу не самое жестокое наказание, но и к легким я бы его не отнесла. По взмаху руки императрицы, Чхар разделся и лег животом на пол. Его тело тут же поднялось в воздух, причем я даже не поняла, кто из жриц это проделал. Было четкое ощущение, что парень лежит на невидимой скамейке, и мое сердце болезненно сжалось от не самых приятных воспоминаний. Да и ожидаемое продолжение было не самым радостным. Помахивая семихвосткой, которая, как оказалось, всегда пряталась у нее под плащом, к Чхару подошла Зива. Взмах, свист на несколько обертонов, удар… секундная пауза… и семь тугих узелков опускаются на спину и ягодицы… капельки красной крови на черной коже… Тело в воздухе вздрогнуло. Я вздрогнула. Зива вновь замахнулась… На десятом ударе я попыталась отвернуться и уткнуться в плечо Бхинатара, но наткнулась на внимательно изучающий меня взгляд Брины. Дальше я с каменным лицом и, сжав пальцы в кулаки, стояла и смотрела. Замах. Многоголосый свист. Удар хвостов. Задержка. Удар узелков. Новая кровь… Везде кровь. Замах. Свист… Каждый хвост поет на одной, своей ноте. Мои ногти впиваются в кожу, но на лице застыло спокойное, отстраненное выражение. Я просто чувствую, как задеревенела. Вся. И только красные капли на черном… И многоголосье, от которого хочется заткнуть уши… "До" — и первый коснулся кожи… "Ре" и второй обжег поясницу… «Ми»… Зива отошла в сторону, уступив место следующей жрице. И все началось по новой… Нет, продолжилось. Для меня, Чхара, Бхинатара, стоявшего рядом… Для молчащего и неулыбающегося Рикиши… Мелькают перед глазами хвосты плети, поют свою странную песню на разные голоса… И жалят… Без жалости… Не видно уже черного. Спина и ягодицы Чхара переливаются всеми оттенками красного. Следующая жрица… По закаменевшей щеке медленно стекает слеза. Чхар молчит. Даже не стонет. Он в сознании, потому что тело вздрагивает от ударов. Но терпит. А я плачу… Стою и плачу. За него. Сжав зубы, под насмешливым взглядом Брины заставляю себя успокоиться. Следующая жрица… Кровавое месиво уже даже не вздрагивает. Или это не заметно… Вдруг тело резко начало падать вниз, но не успело стукнуться, — Бхинатар подхватил его магией и плавно слеветировал на пол. Затем вопросительно посмотрел на мать, но та сделала вид, что ничего не замечает. Тогда я, стараясь, чтобы голос не сильно дрожал от непролитых слез, спросила: — Верховная мать, наказание члена моей семьи закончено. Могу я забрать его в наши комнаты? Брина небрежно кивнула и тело Чхара снова поднялось в воздух. Первым шел Бхинатар, затем я, замыкал шествие Рикиши. Проходя мимо, он подхватил лежащую на полу одежду Чхара. Обби, сидя на плече Бхинатара, энергично перебирал своими недолапками и возмущенно поглядывал в сторону императрицы всеми своими восемью глазками. Вот такой вот печальной процессией мы и пошли по коридорам, освещаемым магическими шарами, висящими под потолком. Точно такие же, только побольше размером и развешанные кучками, наподобие хрустальных огромных люстр в моем мире, светили в зале. Вопреки моим ожиданиям, нас не окружала полная тьма, а было вполне светло, тепло… но совершенно неуютно. |