Книга А единороги будут?, страница 225 – Ирина Смирнова

То есть я в своем муже комплекс неполноценности старательно взрастила? И появление хвостатого синекожего нага окончательно его добило и спровоцировало на подвиг? Забавно…

Размышления не мешали мне ласково погладить черную замшевую кожу, подушечками пальцев провести по серовато–розовым немного шершавым губам, потом по светлым бровям, по скулам, убрать тоненькую косичку за ухо. Осознать, что запас храбрости у Бхинатара закончился, и сейчас именно мне надо решать, что мы будем делать дальше. И… решить. Вернее, решиться.

Слегка толкнув мужа в грудь и уложив его на землю, я сама расстегнула на нем штаны и сдернула их до колен. Красивый ровный член как будто только и ждал, когда его выпустят на волю. Серовато–розовая головка манила прикоснуться и напоминала о нашем первом знакомстве. Не удержавшись, я наклонилась и лизнула… провела языком по тоненькому ободку перехода черной кожи в нежно–сероватую. Бхинатар застонал, вцепляясь пальцами в траву и выгибаясь бедрами вперед. Я же продолжала ласкать головку языком, сжимать ее губами, облизывать… и так увлеклась, что чуть не подавилась, едва успев сглотнуть солоновато–вязкую жидкость, совершенно неожиданно прервавшую мое развлечение.

Муж лежал, расслабленно вытянувшись и тяжело дыша, а его член, обмякнув, пытался выскользнуть из моего рта и тоже расслаблено прилечь.

Что ж, по–моему, все были удовлетворены случившимся. На большее у нас все равно не было времени, а минета в качестве подтверждения что у меня нет предубеждений к чернокожим эльфам, должно было хватить.

— Э–ге–гей! Мамуль, вы там с чернозад… с папулей зачем уединились?! Народ волнуется, шалаш шатается!

— Ярим в своем репертуаре, — с тоской вздохнула я, продолжая сидеть сверху на Бхинатаре, резко вышедшем из нирваны. Он внимательно смотрел на меня, ожидая сигнала, как действовать дальше, вместо того чтобы… просто действовать.

Нет, в матриархате есть куча плюсов при условии, что мужчина уже твой, ручной, и точно знает, как себя вести дальше, и чего, вообще, от тебя можно ожидать. Хотя… я сама порой не знаю, чего от себя ожидать.

— Мамуля! Ты там как, сильно одетая? А то я ж не один, я с Джиди иду. Слышишь, как я активно топаю?!

И из–за дерева появился довольный ухмыляющийся гном, резко сделавший пару шагов назад и отвернувшийся:

— Тьфу ж ты… У них и он черный! А я не верил…

— Ярим! — не удержавшись, я прыснула от смеха и, привстав с мужа, закрыла его собой, давая время привести себя в порядок. Потом, обернувшись, погладила его по руке.

— Ты же знаешь, на гнома обижаться нельзя, — прошептала я, и Бхинатар кивнул, улыбнувшись.

— Ящеры запряжены, все остальные напряжены, ждем только вас, — отрапортовал Ярим и, подмигнув моему мужу, побежал обратно.

Джиди, так и простоявший в отдалении, двинулся за ним.

Рикиши, дернувшийся в мою сторону, едва я появилась из–за шалаша, замер, как только следом вышел Бхинатар. Уж не знаю, что они там прочли на лицах друг друга, — я не стала оборачиваться, пусть сами разбираются. Героически отказавшись от оставленного нам завтрака, я направилась к ящеру, усаживаться на которого мне помогал муж под пристальными взглядами остальных: смешливым — нага, ехидно–одобрительным — демона, отрешенным у Рики, немного удивленным у Чхара… Ярим, Джиди и Клим просто посматривали выжидающе–спокойно.