Книга А единороги будут?, страница 324 – Ирина Смирнова

Один оргазм на двоих, осознанный, специально слившийся в единое целое, когда я чувствовала сжимающиеся пульсирующие мышцы на члене и, одновременно, ощущала этот член внутри себя. Практически не отличая, какое тело мое — уже расслабленно уставшее удовлетворенное или еще вздрагивающее от последних всплесков оргазма.

С Рикиши у меня, почему–то, так никогда не получалось — я просто расслаблялась и отдавалась ему, не контролируя, полностью доверяя, сливаясь, становясь его частью. А с Таром мы как будто бы на какой–то момент стали равноправным единым целым. Или… точнее, поделились своими телами друг с другом, подпустили друг друга настолько близко, что даже страшно. Я ведь чувствовала ковер под спиной и свои пальцы, сжимающие его… И…

— Это было потрясающе, любимый, — улыбнувшись, я буквально стекла с мужа, устроилась рядом с ним, свернувшись калачиком, и положила голову ему на грудь. — Я очень довольна.

Бхинатар только что не замурлыкал от счастья. Да, я уже знаю, как сделать ему приятное — надо сказать, что он сделал приятное мне. Для него это очень важно, гораздо важнее собственного удовольствия. Хотя сейчас ему перепало и то, и другое.

— Почистишь нас? У меня уже нет сил ни на что, так спать хочется.

— Да, госпожа! — по мне ту же пробежалась магическая волна. А потом меня заботливо накрыли покрывалом, укутали в него, прижали к себе крепко–крепко, как будто сокровище, которое в любой момент могут отнять. И потом я услышала, как Тар тихо–тихо не то всхлипнул, не то вздохнул.

— Что–то не так? — уже почти сквозь сон поинтересовалась я.

— Все хорошо, госпожа. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Тар…

Сначала я вела отсчет времени нашего пребывания в сфере, а потом пару раз сбилась, выправилась, снова сбилась… и решила, что все это — ерунда. У меня вот уже второй месяц идет, а у Рикиши может уже год прошел. Время не имеет значения — главное, чтобы мы потратили его не напрасно.

— Воспламени–ка вон ту веточку, красавица. Видишь? Рядом с твоим мужем, как раз. Да не волнуйся, погасим мы его, если что…

И веточка, находящаяся где–то в метрах трех от меня, едва заметная обычным зрением, вспыхивала ярким пламенем. Огонь и воздух стали нашими с Бхинатаром послушными слугами. И было очень сложно определить, какая из стихий нам подвластна больше.

Из Тара, и так прекрасно владеющего мечом, эти садисты за два месяца сделали просто машину для убийства. Хотя основная часть занятий была посвящена защите.

— Нападать вам придется редко, а вот отбиваться от желающих вас убить — часто, — успокаивал моего мужа Ормид, при этом делая выпад в его сторону спереди.

— И убить будут хотеть не только тебя, — поддерживал брата Сохрэб, подкрадываясь сзади.

Джины даже из меня попытались сделать что–то более–менее способное постоять за себя не только магически.

— Случаи бывают разные, красавица, — нагло усмехался Сохрэб, прижимая меня больше своим телом, чем мечом, к стене нашего сарая. — Вот пристанет к тебе более сильный маг или озабоченный джин, что ты будешь делать? Правильно, не давай загнать себя в угол!

— Мишень видишь, женщина? Вы теперь с ней единое целое. Очисти свой разум, отключи все органы восприятия. В реальности существуют только ты и точка, в которую тебе хочется попасть. Это как с листиком, только магия теперь буквально у тебя в руках. Натягивай тетиву… — Но спустя пару часов занятий Ормид становился уже не такой ласковый: — Женщина! Неужели твой разум настолько велик, что отключить его такая большая проблема? Запомни, даже осел не будет ждать, пока ты сконцентрируешься и десять раз промажешь, чтобы попасть на одиннадцатый! Осел ускачет, козел — забодает, противник — выстрелит в ответ и попадет.