Книга Алая сова Инсолье 2, страница 62 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— А как же. Наслаждайся, птенчик.

Повернулась и пошла обратно к палатке. То, что мне в спину проорали, я даже не стала мысленно переводить на русский матерный.

— Имран, где ты была? — Через пару минут навстречу мне выломился Инсолье, сразу осматривая меня на наличие травм.

— Да так, в кустики отлучилась ненадолго. — Я поправила платье и потерлась носом о его плечо.

— А чего тогда мне чуть полжопы не откусили? — по инерции возмутился муж, гневно ткнув пальцем в кабана. Хрюша угрюмо держал его за штаны и явно не пускал по моим следам. Кошки не было. Подозреваю, она отвлекала Паоло. — Чего я там не видел?!

Тут над моей головой пролетела знакомая тень и уселась на ветку сверху. Офигевший вконец козодой посмотрел на нас с некромантом и самым что ни на есть противнейшим голосом произнес:

— Кры-ы-ы.

— Сам такой! — рявкнули мы хором. Ошеломленно переглянулись и заржали.

— Подожди, — вдруг очнулся Инсолье. У него резко участилось дыхание и сердце забилось так, будто готово выпрыгнуть из груди. — Это же…

Инсолье

— А я вообще в этой ситуации с краю. Твоя жена захотела птичку. Ну как ей отказать? Теперь, пока она сама не захочет меня отпустить, придется следовать за вами. Помогать мудрыми советами, — заявила странная помесь курицы с ящером.

У меня от ужаса и возмущения чуть глаза на траву не выпали.

— Имран? — тихо спросил я, буквально чувствуя, как по спине поднимается табун болезненных мурашек. Прямо от той самой пентаграммы, шрамы от которой все еще были высечены на ягодицах.

— Врет, скотина, — спокойно пожала плечами святая сволочь. — Я всего лишь перекрыла ему возможность вернуться в человеческое тело. Чтобы в другой раз меньше к тебе приставал, гаденыш.

— Вернуться — перекрыла, угу. Остальное — нет. Радуйтесь, дети мои! — кивнул Филипп и распушил перья, став похожим на большой пестрый шар.

— Не хочешь остаться птичкой навсегда или пережить въяве ощипывание по перышку и обжарку на вертеле — расскажешь, как избавить моего мужа от любой связи с тобой.

Шатт! Она таким голосом это сказала… спокойным, даже милым, совсем как прежняя святая сова. И улыбнулась. А у меня волоски вдоль хребта встали дыбом. И не от страха, вовсе нет. Оттого, что я, оказывается, все еще плохо представляю, на что способна моя жена. И оттого, что вот такую ее хочу даже больше, чем любую другую… Даже острое чувство опасности лишь подстегивало это безумие.

— Ой-ой-ой, какие мы грозные. Только вот на одну и ту же уловку я два раза не попадусь, девочка. Будь ты хоть демоном, хоть перерожденцем, хоть тварью бездны.

— Зачем ты мне нужен два раза? — пожала плечами Элле, удобно устраивая подбородок на моем плече, запуская мне руки под рубашку и начиная выводить пальцами узоры по зажившим шрамам. Ощущение от этого было настолько сумасшедшее, что я не сразу даже понял — она не просто меня ласкает, она еще и что-то делает нитями. — Одного достаточно, птенчик.

— Кстати, а я ведь абсолютно так же, как и ты, могу начать с угроз. Жизнь твоего благоверного все еще в моих… крыльях. Доказать? — И огромный клюв птицы растянулся во что-то уже совершенно неудобоваримое, похожее на бездонную глотку.

— Только попробуй. — Вот теперь в ее голосе уже не было ни капли безмятежного спокойствия. И только один я, как дурак, ничего понять не успел. Потому что птиц задушенно каркнул и едва не свалился с ветки, а моя жена начала оседать на землю.