Книга Второй шанс для тирана. Том 4, страница 4 – Саша Белова

Она долго смотрела на меня. Искала подвох. Искала в моих глазах привычное раздражение или желание просто поставить "галочку" в графе "я хороший муж". Но нашла там только непоколебимую искренность.

Ее плечи, до этого напряженные, вдруг обмякли. Она словно сдалась под тяжестью моей заботы. Опустила глаза на свои руки, которые я все еще держал в своих.

— У меня... — ее голос дрожал, переходя в болезненный шепот. Это было признание, которое она прятала годами. — У меня немеет левая рука по ночам. И ребра... там, справа. Иногда мне тяжело сделать глубокий вдох. Как будто там что-то колет.

Каждое ее слово было гвоздем, забиваемым в мое сердце. Неправильно сросшиеся ребра. Защемление нерва из-за смещения позвонков. Господи, каким же Макс был ублюдком.

— Мы сделаем все, что возможно, — я сжал ее руки, передавая свое тепло и уверенность. — Найдем лучших реабилитологов. Массаж, терапия, если нужно — операция. Я переверну весь город.

Аня глубоко вздохнула. Слезы наконец-то покатились по ее щекам, но она не стала их вытирать. Она просто кивнула. Один раз. Коротко и устало. Но этого было достаточно.

— Хорошо. Я... я поеду с тобой.

— Спасибо тебе. За доверие, — я поднялся со стула. — Иди, собирайся. Одевайся во что-то удобное. Я пока поговорю с Соней и вызову машину.

— Прямо сейчас? Но…

— Да, прямо сейчас.

Спорить она не стала. Уже через пятнадцать минут мы стояли в коридоре. Аня надела мягкий спортивный костюм и легкую куртку. Она все еще выглядела напуганной предстоящим визитом к врачам, но держалась стойко. Я присел на корточки перед Соней, которая вышла нас провожать.

— Так, боец, — я поправил воротник ее футболки. — План изменился. Площадка переносится на вечер. А сейчас мы с мамой уезжаем по очень важным взрослым делам.

— На работу? — надула губки Соня.

— Нет, — я улыбнулся и заговорщицки подмигнул ей, понизив голос. — Понимаешь, мне нужно украсть маму на пару часов. Хочу провести с ней время вдвоем.

Соня округлила глаза и хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

— Прямо как в кино?

— Прямо как в кино, мышка, — подтвердил я. — А ты остаешься за главную. Ты — капитан квартиры. Смотреть мультики разрешается. Рисовать разрешается. Открывать дверь чужим строго запрещается. Справишься с командованием?

— Так точно! — девочка выпрямилась, гордо выпятив грудь.

— Я в тебе не сомневался.

Я поднялся, погладил ее по волосам и открыл входную дверь, пропуская Аню вперед. Когда мы вышли на лестничную клетку, я дважды провернул ключ в замке, закрывая Соню в безопасности нашего нового дома. Следом повернулся к Ане. Она нервно теребила ремешок своей сумочки.

Я не стал ничего говорить. Просто подошел и встал рядом, позволив взять меня под руку. На удивление, Аня согласилась. Впереди нас ждала больница. Ждало столкновение с призраками прошлого, задокументированными на рентгеновских снимках. Но впервые за долгие годы она шла туда не одна.

Я шел с ней. И я собирался вытащить каждую занозу из ее израненного тела, чего бы мне это ни стоило.

Дорога до клиники прошла в напряженном молчании. Аня сидела на заднем сиденье такси, неестественно прямо, вцепившись пальцами в сумочку. Она смотрела в окно на проплывающий мимо весенний город, но я знал, что она не видит ничего, кроме своих собственных страхов.