Книга Черный дракон Токио, страница 139 – LotesCraft

Уже отвык от этого. Будто слепой снова смог видеть — и ему не приходится брать палку, чтобы понять, куда идти. Надо воспользоваться моментом по максимуму.

Встал со стула, подошёл к колонке, включил — играла Пятая симфония. Переключил — заиграла современная электронная музыка. Подошёл к окну — лёгкий ветерок окутал его. Он облокотился и смотрел на всё, что можно, без тени стеснения: на прохожих, спешащих по своим делам, на экзотичные машины, даже заглядывал в чужие дома. Но чаще всего взгляд возвращался к горизонту — к открывающемуся пейзажу города.

Поразительно. Давно этого не ощущал. Да райончик так себе, но вид из окна просто супер. Готов весь день провести, наблюдая за этим. Боль напоминает о себе, однако она меркнет на фоне того, что я чувствую, глядя на этот вид.

Оторвавшись от окна, он поковылял в ванную. Уставился в зеркало — лицо избито, опухшие места, разбитая губа.

Да уж. Хорошо меня отделали. Надо убрать отёчность, немного подкрасить синяки, а губа… ну пусть будет. Если что, скажу: обветрил и ониа треснула. Даже такое отражение меня не раздражает… Точно. Надо не забыть надеть очки.

Удерживаясь на раковине, он снова достал аптечку, вытащил охлаждающий тюбик. Выдавил немного на пальцы — гель пах мятой и чем-то резким. Прикосновение к коже было холодным и обжигающим одновременно, но он терпел, размазывая тонким слоем по скулам и под глазами.

Гель впитался быстро — лицо на глазах принимало привычные очертания. Убрав тюбик в аптечку, он закрыл шкафчик, достал пудру, тональник и быстро размазал по лицу, маскируя синяки и ушибы.

Так-то лучше. И даже не скажешь, что меня дубасили бойцы спецотряда A.O.E.

Разбинтовал ладонь, доходя до окровавленной части, шипел и скалился. Достал баллончик с медицинским герметиком — холодная пена заполнила рану, затвердевая на глазах, останавливая кровь. Взял чистый бинт и замотал обратно.

Отлично. Герметик с регенеративными свойствами — заживёт быстро, насколько возможно. Теперь самое всратое — рана в районе лопаток. Хотел бы я её зашить, но, походу, просто забинтую.

Обмотав себя бинтами и покинув ванную, он доковылял до кухонной зоны, взял из шкафчика обезболивающее, принял три штуки и посмотрел на кровать — следы пота, кровавые пятна на белых простынях. Где-то на фоне всё ещё играла электронная музыка.

Стирка обещает быть весёлой. Хотя в этом даже что-то есть — некое искусство хаоса. Может, так и оставить? Нет. Может прийти Стар и, увидев такую картину, начнёт допытываться вопросами. Лучше убрать.

Раздался звонок в домофон.

Он обернулся к входной двери. Выдохнул, помотал головой и, проходя мимо тумбочки, прихватил очки, надел их и направился к двери.

Помяни черта.

Прихрамывая, он дошёл до двери и заглянул в экран домофона — сощурился, нахмурился. На экране была девушка в ветровке, глаза скрыты капюшоном, нижняя часть лица прикрыта тканевой маской.

Стар? Да нет, не похоже. Может, ошиблись? Просто не буду открывать.

Он отвёл взгляд от домофона и уже начал отходить.

Три стука в дверь.

Он остановился, резко обернулся, приподняв бровь.

Стуки? Она либо поняла, что внутри кто-то есть, либо проверяет.

Он снова подошёл к двери, прислонился к ней, поглядывая в экран домофона, и старался не издавать ни звука.

— Хватит делать вид, что тебя нету дома, — раздался знакомый мурчащий голос с другой стороны двери. — Открывай давай.