Книга Черный дракон Токио, страница 33 – LotesCraft

Мне знакомо это выражение лица.

Принимая суровое лицо, она выдохнула и вернула взор на него.

— Вчера на крыше. Ты не дал мне умереть. Почему?

— Я уже говорил. Все мы там окажемся. Зачем ускорять то, что и так в конце концов произойдёт?

— Ты увиливаешь.

— А ты дотошная, — подметил он и, скрестив ноги, присел в центре ловушки. — Твои дружки тоже здесь?

— Я пока одна. Но одно моё слово — и они быстро примчатся.

— В дело пошли угрозы.

— Пока что я хочу просто поговорить.

— С парнем своим разговариваешь или ты его поджарила?

— Слушай, — выдохнула Молния, опуская руки. — Мне непонятен твой портрет. Ответь на несколько вопросов. Только честно.

— Что я получу взамен?

— Зависит от твоих ответов.

Тиамат оглядел электрическую дугу. Откинулся на руки, и две линзы-капельки уставились на неё.

— Сразу говорю. Местоположение плаща не выдам.

Молния оглядела его и электрическую дугу. Затем, сложив ноги вместе, присела на корточки, обхватив колени.

— Тогда… зачем ты украл плащ и влез в башню «Одиссей»?

— Фокусник не раскрывает свои карты. Даже в заключении.

— Я серьёзно.

— Серьёзности хочешь? Как долго ты пялилась на то, как я спасаю старушку?

— Это к делу не относится.

— Относится. От твоего ответа зависит, продолжится ли наш разговор на моей ноте или переключится в твою плоскость серьёзности.

— Когда я пришла, — выдохнула она, — я увидела лишь результат.

Не врёт. Глаза не отводит, голос ровный. Ни один мускул не дёрнулся на её лице.

— Хорошо, — сказал он и наклонился в её сторону. — Я скажу тебе. И про плащ, и про башню. И это будет правдой. Вопрос в том — выдержишь ли ты эту правду, или ты слишком скована законами морали, чтобы герой верил вору?

— Я смотрю на вещи трезво. Без штампов.

Тиамат встал. Подошёл к дуге и Молнии поближе. Сел на корточки напротив неё. Электрическая сеть будто бы стала тоньше.

— Начну с малого. Ваша великолепная пятёрка, особенно Альфа — это сборище бомб замедленного действия. В башне я выкрал данные, которые раскрывают их с новой стороны.

— У каждого есть секреты. Какими бы они ни были, уверена, ситуация вынуждала.

— А говорила, смотришь трезво.

Он достал из пояса тонкое стекло, провёл пальцем — над стеклом возник голографический экран, и перед Молнией возникли слайды великолепной пятёрки.

Там мелькали видео и фотографии. По содержанию напоминающие отъявленных преступников, но с участием известных героев. Она смотрела на это словно на фильм ужасов.

— Это…

— Да, — перебил Тиамат. — Твои любимые защитники. Подкупы, наркотические вещества, закрытые вечеринки, непреднамеренные убийства. И это только верхушка айсберга.

— Это… — пробормотала Молния, разглядывая слайды. — Это не может быть правдой. Они же… Нет. Ты врёшь.

Электрическая дуга начала слегка дёргаться.

— Вижу твоё замешательство, — подметил Тиамат. — Сложно осознать, что те, на кого ты равнялась, оказались подонками.

Молния свалилась на пятую точку и никак не могла оторваться от слайдов.

— И… как же… с этим связан плащ?

— Плащ — это символ героизма и надежды. Всё то, чем эти «герои» не являются. Украв его, я показал, насколько само понятие героизма обесценено.

— Ты… ты мстишь кому-то из пятёрки?

— Месть? — усмехнулся он, помотав головой. — Месть тут ни при чём.

— Тогда зачем всё это?