Книга Приют повышенной волшебности, страница 117 – koteistka

Инспектор молча закрыл планшет и направился к выходу. Алевтина Генриховна, злобно сопя, потрусила за ним.

Когда калитка за ними захлопнулась, баба Зина тяжело вздохнула и присела на скамеечку у вольера:

— Ох, Ритка… Меня прямо пугать начинает, как быстро у тебя животные по домам разбираются. Если ты всех раздашь, то и приюта твоего не будет. И выживут они нас отсюда, эти застройщики проклятые, с Эдиком во главе…

Рита присела рядом и ласково обняла соседку за плечи:

— Ну что вы, баб Зин! Животные, которым нужна помощь, найдутся всегда, к сожалению. Приют никуда не денется.

* * *

Ближе к пяти вечера позвонил отец. Это был очень странный и редкий случай, обычно звонок поступал от мамы, а папе просто выдавалась трубка на пару слов. Потому звонок даже немного испугал. Но папин голос звучал непривычно смущенно:

— Риточка, привет… Слушай, мы тут с мамой подумали… Не могла бы ты приехать к нам в гости на часок? Если время есть. И Батошу с собой возьми, мы соскучились. И я кой чего спросить хотел…

— Конечно, пап, скоро буду! — улыбнулась Рита.

Клеопатра, услышав про поездку, мгновенно запрыгнула на ее плечо, давая понять, что она едет тоже.

Чуть меньше чем через Рита уже парковалась у родного родительского дома. Она вышла из машины, окинула взглядом родной двор, с удивлением поймала себя на мысли: ее маленький дачный домик в Ромашково уже кажется ей гораздо более родным и теплым, чем этот дом из детства.

Отец встретил ее в прихожей, наверное впервые в жизни Риты целенаправленно обогнав маму. Он крепко обнял дочь, потрепал восторженно взвизгнувшего Батона по загривку и, оглянувшись на кухню тихо, заговорщицки прошептал:

— Рит… Тут такое дело. Я видео то видел в интернете. С мейн-куном. И про старушку ту сиамскую… Слушай, если это правда? Если ты действительно можешь… Помоги подлечить соседских котят. Их там пятеро, они беременную кошку нашли, решили всех оставить… А беда такая. Ветеринар сказал — хронический коронавирусный гастроэнтерит, они слабенькие совсем. Ты только матери не говори, ладно? А то она распереживается…ей нельзя сейчас, ты же знаешь.

Только Рита задумалась, а не пришла ли в голову родителям мысль, о том, что она могла спасти Матильду, но не стала, как на порог кухни вышла мама в кухонном фартуке:

— Это кто тут от меня секреты разводит?! Риточка, дочка! Я ведь тоже… я тоже верю в твои силы. Помоги котятам, а? Жалко их, совсем крохи. — мама тут перевела взгляд на плечо дочери, и засюсюскала — Ой так тут Клепочка лапочка! А что тут у нас за красавица, ой какая у тебя шлейка красивая, так идет, так идет! Давай-ка на кухню со мной, у меня там ветчина отменнейшая. А рыбка еще красная есть, свеженькая. Ох… Ритусик она мне на плечо сама прыгнула, ты видишь? Видишь?

— Да, мам, вижу. Я же рядом стою.

Рита улыбнулась тому, как Клеопатра быстро сменила вектор с "женщина младше на несколько тысяч лет глупо сокращает мое имя" до готовности мурчать за комплименты про шлейку и желания прыгнуть на плечо этой самой женщине. Главное, чтобы абиссинка не забылась и не выпустила лапку енота при виде любимого угощения.

Папа отвел ее к соседям. Там кошке и ее деткам была уделена целая комната, которая раньше видимо была кладовой. Малыши были худыми, с тусклой шерсткой и грустными глазами. Как Клеопатра когда-то, ведь у малышей была именно та болячка, с которой богиня пришла в этот мир. Внутри каждого из них было бордовое, то самое, свечение которым проложен путь к Анубису. Рита опустилась на колени, положила ладони на пушистые спинки котят и закрыла глаза.