Книга Приют повышенной волшебности, страница 133 – koteistka

Рита со вздохом встала и наткнулась взглядом на внимательно следящую за происходящим Клеопатру.

— Ой, давай сегодня без ревности. Этого ты мне дать не можешь, единственная породистая и умная, даже если не учитывать, что внутри древняя богиня, и единственная, кто отказывается дать хотя бы лапу.

— Лапу не дам, это низко для меня. Но я могу кое-что еще, только запомни, делаю я это только один раз, в порядке исключения, потому что… потому что хочу дать тебе причину улыбнуться.

Рита хотела сказать что-то колкое, но запнулась на полуслове. Это что? Забота? Пока девушка размышляла, богиня вошла в вольер и уставилась на кошечек-сестер. Пурсифона и Мяулодия, уже занявшиеся своими делами, устремили на нее две пары горящих глаз. Подошли ближе. Еще немного посмотрели на Клеопатру, а затем… выполнили трюк идеально.

— Так ты умеешь с ними говорить! На их языке, да еще и ментально! Почему ты не делала этого раньше?

— Если у тебя есть шанс напиться и валяться в канаве, то ты почему этого не делаешь?

— Что за вопрос, Клео? — Рита нервно хихикнула.

— Ты не делаешь этого, потому что бережешь достоинство. Так вот, оно у меня тоже есть. То, что я в теле кошки не обязывает меня общаться с животными, как с равными. Я и общением с людьми не то чтобы рада, ты просто… заслужила.

— А как же Лера, а как же Жак?

— Лера помогает мне держать тебя в узде, она мне нужна.

И, откровенно проигнорировав вторую часть вопроса, богиня удалилась, гордо вздернув хвост.

Рита несколько раз повторила с кошками команду, они выполняли ее четко и даже с интересом. Девушка засняла трюк сестричек, но не решилась выложить. К своему стыду она осознала, что их явно заберут почти сразу, а она… хотела побыть с ними еще, хотела полюбоваться их слаженным трюком. Тут Рита прерывисто вздохнула, вспомнив, что если бы даже и захотела выложить — больше некуда. Аккаунт, который она развивала, вкладывая деньги в рекламу и время для поднятия активности… утерян.

Около шести вечера вернулся Жак, притащив неизвестно где добытую железную печную трубу, инструменты и вновь доски. Тут же отправился чинить забор бабе Зине, за что та выдала ему еще стройматериалы для ремонта его сарая и деньги.

Он зашел на кухню и бережно положил на стол несколько тысячных купюр:

— Госпожа Рита… Мне дали вот столько тысяч денег за работу. Этого хватит, чтобы оплатить мой постой в деревянном чертоге?

— Пять тысяч рублей, а не денег, — с достоинством поправила Клеопатра.

— Жак, не нужно! — ахнула Рита. В голове пронеслась мысль "мы не должны вообще-то с бабы Зины деньги брать, она столько раз кормила меня" как царапнуло это самое "мы", она сглотнула и продолжила. — Ты столько работы сделал! И печь переложил, и забор починил…

— Позвольте мне платить за мой кров, госпожа целительница, — серьезно ответил он. — А моя работа — это лишь малая благодарность за ваше милосердие, тем более вы меня кормите.

Точно! Обедом были накормлены лишь кошки и Клеопатра. Собак насытила баба Зина, даже Маркиз сегодня заходил и поел. Она бросила взгляд на обтянутый этой странной футболкой торс своего постояльца, и прежде чем смутилась, подумала — в топку такой машины из мышц нужно обязательно закидывать мясо, которого у нее сейчас, кстати, нет. Девушка разложила гречку по тарелкам, и молча махнула гостю садиться за стол. Он послушался, и, бегло посматривая на нее, принялся поглощать еду, все же не забывая нахваливать.