Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 109 – Наталия Иноземцева

Гроу представил на троне себя, залитого кровью, и гору мертвецов вокруг. Зрелище отвратительное и прелестное. Наверное, только безумцы от одного и того же могут одновременно испытывать восхищение и ужас. Перед глазами расплылись красные пятна. Очень плохой знак. Что же это? Хэдж говорил, что он болен, Таолар нес что-то про черное сердце, Исимо… как же он сказал? Голова закружилась. Исвена… это она мстит! Наверняка проводит сейчас бесовской ритуал.

Неожиданная мысль вытеснила все остальные. На что способны ведьмы? Он попросил защиты у предков и пробежался взглядом по толпе, ища девушку, но лица окружающих смазались. Сердце забарабанило так быстро, что Гроу перестал его чувствовать, только распирающее жжение в груди.

Прижавшись спиной к колонне, он вцепился в нее ногтями и услышал дружные тяжелые шаги. В тронный зал, гремя железом, вошли Белые рыцари королевского ордена. Они держали строй в две колонны по шесть человек. На шлемах с поднятыми забралами развивались белые перья. Рыцарей возглавлял эрит. Прямые русые волосы он убрал в короткий конский хвост. В Вионе хвосты носили простолюдины и доры. Но местные вояки не могли похвастать такой чудесной броней.

Чешуйчатые доспехи сверкали и двигались вместе с эритом, как вторая кожа.

Борясь с гневом и страхом, Гроу ушел в себя, но неестественно синие глаза эрита увидел ясно. Командира Белых рыцарей сопровождала невысокая женщина в белой мантии, расшитой серебряными лилиями. Светлые локоны удерживал серебристый гребень, волосы играли золотыми волнами, переливались прикаждом шаге и доходили почти до пят. Лица Гроу не увидел. Его загипнотизировали локоны. Прекрасные и густые, как у матери.

Незнакомка присела в реверансе и улыбнулась герцогу так, словно знала какую-то светлую тайну. А после посмотрела на Гроу. Или ему показалось? Девушке, как и энкору, было около тридцати. Гроу заставил себя выпрямиться и отцепиться от колонны. С кончиков пальцев на пол закапала кровь. Глянув на треснувшие, посиневшие ногти, он сжал кулак. Руки задрожали.

Зазвучал голос придворного, управляющего торжеством. Мужчина представил герцога и герцогиню, а после гостей:

— Первый клинок Дамерона, владетель Бархатных земель и островов, эрит Белого рыцарства, лорд Эбрес Энкор и хранительница священных книг первопредков и десяти древнейших родов, госпожа баронесса Лихея.

Старейшины конвента подобрали полы и низко склонились перед хранительницей. Она прикрыла глаза и приподняла руки, принимая приветствие.

Хиламон Зотар выждал, когда гости и герцог обменяются любезностями и привлек внимание эрита.

— Уважаемый лорд, не могли бы вы… – он указал на защитный тотем.

— О, не стоит, – герцог сбежал со ступеней и махнул рукой. – Это формальность.

Эрит смерил его взглядом, откинул плащ и проследовал к тотему. Оберег продолжал источать сиреневый свет. Гроу затаил дыхание.

Энкор стянул белую перчатку:

— Я ступил на священную землю и обещаю соблюдать заветы наших предков. Впредь ошибок не допущу, – он сосредоточился, неторопливо наложил на себя священное знамение и положил руку на тотем.

Он не сделал ничего особенного. Однако на него смотрел весь зал. Смотрел и Гроу.

Ничего не случилось. Оберег Энкора не обжег. Легкое свечение перекинулось на второй столб. Что это значило? Так же светилась стена в поместье.