Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 62 – Наталия Иноземцева

— Надо выбираться в город.

Пройдя шагов триста вдоль зубчатого парапета до малой башни, Гроу жестом велел девушке остановиться и осмотрелся. Внизу в темном смоге прижимались друг к другу перепуганные горожанки, беспомощно закрываясь от дыма подолами платьев.

Гроу стянул зеленую накидку и затолкал ее в ближайшую щель бойницы:

— Спустимся здесь к жилым домам.

— Все-таки местный? – Жэн хмыкнула и, спускаясь по ступеням, тихо добавила: – Знаешь, тебе надо к целителям.

— Думаешь, я безумен?

— Нет. Я не могу объяснить, что увидела, вообще не знаю, есть ли такие слова, но… парень, с тобой явно что-то не так. – Жэн споткнулась. Гроу потянулся, чтобы придержать, и девушка испуганно отпрянула.

Гроу оперся рукой на стену, преградив ей путь. В груди все еще клокотал гнев:

— О чем ты?

— Не знаю. Не спрашивай. Давай так: мы помогли друг другу и в расчете. Больше не бей стражей и… пусть нам помогут предки.

— Жэн, скоро ты услышишь обо мне. Не бойся обратиться за помощью.

Девушка вскинула бровь, мгновение помолчала и выдохнула:

— Ты себе вначале помоги. Не ходи за мной. – Она поднырнула под его рукой и перепрыгнула последние ступени.

Гроу проводил ее взглядом и прижался лбом к холодной стене. Что увидела Жэн?

Страх привлекает бесов Темной стороны, и они рисуют в воображении людей ужасные картины, чтобы довести до исступления и впитать их силы, это он знал. Но Жэн не казалась впечатлительной, и стычки мужчин она наверняка видела. Гроу вспомнил побледневших от ужаса воинов, и в нем снова поднялась ярость. Тело охватила легкая судорога. Тряхнув плечами, он пообещал себе, что обратится к целителям, как только разберется с дядей.

Осторожно выйдя из башни, он зашагал в жилой квартал. Совсем близко у амбаров был тайный ход в крепость, замаскированный под старинную молельню. Он ускорил шаг. Нужно было торопиться, пока стража занята суматохой и успокаивает людей.

Небо просветлело, и вездесущие блестки превратились в бесцветные капли. Около аккуратных домиков с белыми фасадами цвели крокусы. В детстве он любил бегать здесь и прятаться за клумбами от сопровождающих его наставников. Длинные улочки, где едва смогут разминуться два всадника, привели к цели. Амбары так и стояли на месте.

Убедившись, что рядом никого нет, Гроу обошел их, но молельни не увидел. На ее месте стоял каменный алтарь.

Поняв, что вход замуровали, он ссутулился и побрел наугад, соображая, как поступить.

Неплохо было бы узнать последние новости и отыскать Исвену. Забрать у нее своего коня, если, конечно, уродец довез леди невредимой. Возможно, сейчас девушка лежала в постели и отходила от встречи с чудовищем. Неудивительно, если озлобленный каторжник, разорвавший ей платье, будет последним, кого она пожелает увидеть. Но у Гроу остались рукописи, которые она так самоотверженно пыталась спасти. Это внушило надежду.

На площади он увидел бронзовую статую животворца Виона, сжимавшего в руках позолоченный жезл. Стержень упирался в брусчатку, на месте соприкосновения между камней выглядывали бронзовые ростки.

Задрав голову, Гроу остановился. Ему померещилось, что животворец смотрит взглядом отца, дождавшегося заблудшего отпрыска. Под статуей на гранитном постаменте темнела надпись: «Счастье служить Жизни и своему пути». В детстве завет звучал просто и понятно. Гроу не знал, что Жизнь – та еще тварь и обожает ломать людей, следующих призванию. Он бы изменил надпись: «Если понял свой путь, готовься к катастрофе».