Книга Узник клятвы. Шрамы, страница 96 – Наталия Иноземцева

Не сговариваясь, паладины бросились к памятнику. Убраться с открытой площадки было правильным решением. Гроу, оскалившись, бросился на конников. Он перехватил доску, готовясь отбиться от копий и распугать лошадей. Всадники рванули в разные стороны и расправили веревку с металлическими грузами.

Удар пришелся чуть выше колен. Гроу показалось, что он перекувыркнулся в воздухе, прежде чем рухнул на живот. По лицу хлестнули косички. Рядом упала доска. Рану под ключицей запекло, колени одеревенели. Гроу рывком сел, но не успел подняться. На него набросили тяжелую сеть. Рядом вонзили копья, пригвоздив путы к земле. Гроу вцепился в веревки руками, будь он здоров, они бы порвались, но правая рука слушалась плохо.

Воины спешились.

— Лежать, тварь! – Сверху навалился здоровяк с выпученными жабьими глазами. Со знанием дела он нажал коленом на поврежденную ключицу. Трое его дружков вцепились в плечи и руки. Еще один оседлал ноги.

Гроу выгнул спину и напряг здоровую руку, но не смог вырваться. От боли и гнева из груди вырвался страшный рев.

— Это еще не пытки. Скоро почуешь на своей поганой шкуре, – оскалился бандит с перебитым приплюснутым носом, он держал ослабленную правую руку. Гроу узнал бойца. Кривоносый был в сопровождении Медведя, когда разбойник тащил его и Хэджа в Черную Межу.

— Морду ему держите.

Гроу увидел над собой еще одного обидчика. Худощавый, похожий фигурой на изогнутую древнюю руну, он вытащил бронзовый сосуд, отвернулся и стал лить на тряпку дымящуюся жидкость. Здоровяк с жабьими глазами одной ручищей схватил Гроу за косы на затылке, другой до боли сдавил нижнюю челюсть. Его рожу перекосила звериная улыбка.

Внутри поднялся знакомый сладкий позыв. О да, насилие прекрасно, его можно приравнять к искусству. Захотелось крикнуть: «Давайте! Раздирайте меня на части, дергайте волосы, зубы… Но сперва вырвите, к бесам, ключицу!»

Словно услышав призыв, здоровяк привстал и сильнее надавил коленом на рану. К горлу подкатила тошнота. Проглотив вскрик, Гроу дернулся и затрясся от беззвучного хохота. Рот наполнился горькой слюной.

— Довольно, а то сдохнет, – костлявый прижал к носу Гроу тряпку.

Вспомнив отраву Таолара, он задержал дыхание, губы и нос мгновенно онемели. Перед глазами мелькнула золотая молния. Обидчик вздрогнул и вскрикнул. В его грудь по самую рукоять вонзился позолоченный кинжал. Оружие без хруста вошло между ребер, пробив кожаный доспех. Взмахнув тряпкой, он упал рядом с Гроу. Разбойники разразились бранью и прикрылись умирающим товарищем.

— Вы! Золотое петушье! Убирайтесь, поберегите перья! – пробасил здоровяк. Отпустив голову Гроу, он вытащил из груди товарища кинжал паладина и перехватил так, чтобы можно было метнуть обратно.

Раздался звонкий голос Лерна:

— От нас поблажек не ждите. Защищайтесь!

Фыркнув, здоровяк убрал колено с плеча Гроу и поднялся. От новой волны боли потемнело в глазах. Мысли и ощущения отдалились и многотонным маятником вернулись обратно. Лязг стали разогнал туман в голове. Он осмотрелся. Рядом остался только бандит с перебитым носом. Левой рукой Гроу дотянулся до копья, прижимающего сеть к земле. Вцепился в древко, дернул. Копье с хрустом обломилось. Кривоносый, захваченный битвой, спохватился слишком поздно. Гроу отправил деревянный обломок ему под кадык. Выплюнув сгусток крови, бандит беспомощно засучил в воздухе руками. Потеряв к нему интерес, Гроу выдернул еще одно копье и выполз из-под сети.