Книга Функция: вы, страница 75 – Юлия Домна

Шарлотта с облегчением осела обратно в кресло. Улыбка Влада истончилась. Он слушал. Он считал.

— Неужели бывают такие незлобливые люди?

Про себя я горько посмеялся.

— Само покушение его, конечно, разозлит. Но не в его стиле тратить время на пустяки типа каждому воздать по заслугам. Я смогу его убедить, что вы тут ни при чем. И что вы нам помогали. Но нужно как можно быстрее начать терапию. Для этого искры должны быть у нас.

Влад побарабанил пальцем по спинке сиденья.

— Никаких нас. Только ты. И ладно – твоя чернокрылая зазноба. Я с вами. Машери – нет. Машери – только со мной. Уверен, мы оба заинтересованы, чтобы она пожила еще какое-то время, но я отдам ее исключительно вашему главному, лично в руки, и только после клятвенных заверений, что мне больше не нужен живой щит и вы меня знать не знаете. А если что-то пойдет не так… появятся какие-то новые лица, всплывут непредвиденные обстоятельства… я начну отдавать ее по кускам, и самого ценного в них не будет. С этим решили?

Подавив проблеск надежды, я кивнул. Энтроп задумчиво облокотился на ряд кресел впереди.

— Что конкретно нужно сделать, чтобы начать терапию?

— Встретиться с госпожой-старшим-председателем.

Влад присвистнул:

— Вот это запросы.

Он был прав. Даже если сговор с ним и сошел бы за искры под нашим контролем (я представил лицо Ариадны, лицо «нет», «убить ее – единственный способ…»), это только первая и к тому же самая теоретическая часть работы по возвращению Минотавра. Я понятия не имел, как нам выйти на госпожу-старшего-председателя в обход остальных.

— Я устрою, – кивнул энтроп. – Будет вам аудиенция у великой. Но если что-то пойдет не по плану, если ты попытаешься меня обдурить, я начну делать глупости, а они всегда приводят к катастрофам. Ты меня услышал?

— Услышал…

— Замечательно.

Влад стек обратно в кресло: вязкий, огнеопасный. На лице его читались сытость и детский восторг, не ограниченный ни моралью, ни эмпатией.

— Отныне я твой фамильяр, малой. Давай вместе провернем этот фарш обратно.

Он протянул мне руку, закрепляя соглашение. Я не сомневался, что еще сто раз споткнусь о его мелкий шрифт.

— Не обольщайся, – вздохнула Шарлотта. – Ты у него только за неделю второй. А ведь я еще живая.

— Зааая, – протянул Влад. – Ревность выдает твой биологический возраст. К тому же, в отличие от того малыша, который все равно меня кинул, мы с малым физиологически не совместимы. Самоубийство – твой стиль, не мой.

Влад попробовал хлопнуть меня по колену. Я увернулся и за сбившимися полосами его шарфа увидел засохшие пятна крови – черные, как нефть.

— Расскажите, что произошло ночью.

Энтроп вальяжно откинулся на спинку.

— Она сказала, это дом ее бывшего. Из тех тихушных сердцеедов, что обещают развестись с женой, едва дети окончат школу. И там то ли жена прознала, то ли у мужика нервы сдали, но был лютейший скандал, и он исчез. А машери выследила, где он живет, ну и… Я ей, конечно, сразу сказал: многодетные матери – не мой профиль. А она такая: мы только разыграем, фамильные цацки украдем, сдадим в ломбард, тут, за углом. Так, чтобы она их в витрине потом увидела.

Я рассеянно кивнул.

— За углом правда есть ломбард…

— Ага, тоже заметил? – хмыкнул Влад. – Может, эта история и не так пуста, как кажется? Может, ты и вовсе скрываешь от меня, что ваши путаные коридорчики полнятся топотом маленьких ножек?