Книга Кровавые легенды. Русь, страница 53 – Александр Матюхин, Максим Кабир, Дмитрий Костюкевич, и др.

— Вы за мной?

Они безмолвно протянули к ней руки, стали ощупывать от лица до пяток, потом снимать мокрые одежды и растирать обнаженное Надино тело теплыми влажными водорослями. Теплота от них проникла под кожу, а в том месте, где водоросли касались царапин или ушибов, возникало приятное жжение, как от целебной мази.

Надя прикрыла глаза. Если этот кошмар происходил наяву, то у нее больше не было оправданий оставаться разумной.

Ее раздели полностью. Водоросли проникли между губ, между бедер. Растирали тщательно и нежно. Потом руки подхватили Надю и подняли в воздух, аккуратно придерживая голову. Надя поняла, что ее несут в реку, но глаз не открывала. Темнота под веками шевелилась и убаюкивала.

Тело коснулось холодной воды. Мгновение – и Надя погрузилась с головой. Руки крепко обвили, как пластиковые жгуты, и потащили вниз, глубже, глубже, на самое дно.

Против воли захотелось вздохнуть. Надя открыла рот, открыла глаза, и вода хлынула внутрь ее уставшего тела и сознания. Кругом надавил мрак. Надя поняла, что умирает. Легкие болезненно обожгло, тело содрогнулось от конвульсий. Течение подхватило ее и поволокло куда-то глубоко-далеко, куда живым людям вход заказан.

Надя сидит за столом.

Вода вокруг прозрачна и чиста, а горящие под сводами овального потолка фонари рассеивают свет золотистыми лучами. Мельтешит мелкая рыбешка, сомы трутся о ноги.

Надя обнажена, потому что под водой нет нужды носить одежду. Она не стесняется, чувств почти не осталось. Мысли вялые, погруженные на глубину. Надя пытается ухватиться за них, ощущает что-то важное, но мысли ускользают, как подводные змейки. Скоро их совсем не останется, и Наде станет легко-легко.

Ее распухшие руки лежат на коленях, в венах и артериях медленно течет илистая вода, плечи расправлены, голова повернута к каменной арке. Скоро через арку начнут заплывать гости, а функция подруги невесты – в том числе – встречать каждого, улыбаться, кивать. Все любят знаки внимания, хоть морские черти, хоть речные дьяволы.

В большом зале много столов на разных уровнях течения. Снуют молчаливые твари, готовящие угощения. Вода вокруг дрожит и переливается. На широкой сцене – стул и подставка для гитары. Там же – воздушный вакуум для звука. Царь предусмотрел все. Владыка мудр и дальновиден.

Вокруг множество зеркал. Надя видит собственное отражение и не узнает: кожа бледно-желтая и сморщенная, под глазами собрались большие темные мешки, губы разорваны, щеки набухли, а под подбородком вместо шеи – опухоль сливового цвета. Так выглядят утопленники в фильмах. Так выглядят подруги невесты. Или грязная вода на глубине так сильно искажает изображение.

Важная мысль: ее никто не будет искать на поверхности. Разве что мама не дозвонится, напишет заявление в полицию, и на этом все.

Вода приходит в движение, дрожь поступает от входа, и из изумрудного полумрака в зал вваливается первый гость. Тварь со щупальцами вместо рук, с четырьмя кривыми ноздрями, сеткой глаз. Редкая, кое-где счесанная чешуя поблескивает в лучах. Надя улыбается, кивает. Тварь будто не замечает ее, вальяжно проплывает мимо.

И сразу за ней – множество других подводных существ. Похожие на рыб, на людей, на человекообразных рыб. Страшные и мерзкие, чешуйчатые и гладкие, со щупальцами и плавниками, с руками и хвостами. Мужчины, женщины, разные. Надя кивает и улыбается каждому. Вода дрожит не переставая, и в этой дрожи преломляется свет, наполняя зал короткими брызгами разных оттенков.