Онлайн книга «Голоса из подвала»
|
Он вспомнил про Окику – в которую, если верить байке из Интернета, вселилась душа мертвого ребенка. Вселился ли кто-то в «маленькую»? И почему Настёна до сих пор не дала своей кукле никакого имени – разве это не странно? Ведь все дети придумывают имена для игрушек. Кто скрывается в «маленькой», которая в общем-то уже и маленькой не была, практически сравнявшись в размерах с Настёной… И в конце концов чего этот «кто-то» хочет? «Плевать. Нет куклы – нет проблемы». Дима наклонился, чтобы взять пупса на руки, и, случайно коснувшись лежащей поверх одеяла руки дочери, чуть не ахнул. Кожа у Настёны оказалась ледяной и твердой на ощупь, как… Как пластик. Дима с ужасом уставился на дочь – на мгновение ему показалось, что в кроватке под одеялом лежит уже не Настёна, а ее мертвый холодный трупик. Несколько бесконечно долгих секунд он, затаив дыхание, внимательно следил за дочкой и успокоился, только поняв, что одеяло на ее груди пусть и медленно, но все же приподнимается и опускается. Значит, жива. Осталась сущая мелочь – унести куклу из комнаты так, чтобы не разбудить девочку. Поразился тяжести – в «маленькой» было килограмма четыре, не меньше! Как только Настёне удавалось все эти дни таскать такую гирю… «Если только прежде кукла не весила меньше, да?» Он вышел из детской, удерживая пупса на вытянутых руках. Готовый в случае чего сунуть треклятую тварь за пазуху, зажать ей рот, открутить голову – пусть только попробует вякнуть свое чертово «ма-ма» еще раз. * * * Вернувшись, Дима быстро разделся и нырнул под одеяло к жене. — Ну как? – Вера не спала. По голосу он понял – ждала. — Финита ля комедия, – ответил Дима. — Выбросил? — Выбросил. Закончилось маппет-шоу. Он опасался, что жена начнет что-нибудь высказывать, какие-нибудь сомнения насчет куклы и Настёны, но Вера неожиданно спокойно выдохнула: — Ну и ладно… — Ты за Настю не переживай, – на всякий случай шепнул ей Дима. – В конце концов, это всего лишь кукла. — Да. – Ее ладонь сжала его пальцы под одеялом. — Скажем, что ушла подружка обратно к Сатуровым. Купим другую. — Да, – повторила Вера. – Знаешь, я думаю, так действительно будет лучше для нас всех. И для нее тоже. Для Насти. Через минуту ее рука переместилась ему на живот. Потом ниже. И еще ниже, к паху. Этой ночью они – впервые с того памятного дня, когда гостили у Сатуровых, – занимались любовью. * * * Во дворе у дома Сатуровых время застыло как муха в капле янтаря. Ничего не менялось: долговязый мальчишка опять гулял с овчаркой; усатый мужчина ковырялся в нутре автомобиля. Даже давешняя пенсионерка, запомнившаяся Диме благодаря своей фривольного фасона шляпке, бродила тут же, возле подъезда, – он поздоровался с ней, перед тем как зайти внутрь. Дверь в квартиру оказалась приоткрыта, словно его ждали. Хотя Дима не стал предупреждать Сатурова о визите, просто приехал с утра, и все. В глубине души даже надеялся, что никого не застанет и с чистой совестью уедет обратно, домой. Чтобы забыть обо всем, что связано с Сатуровыми, раз и навсегда, продать жилье, увезти семью в другой город, устроиться там в какую-нибудь частную фирму системным администратором и просто жить дальше. В прихожей царил сумрак, а выключатель не работал. В темноте Дима запнулся о валяющуюся в беспорядке на полу обувь, выругался шепотом – и его услышали. |