Онлайн книга «Голоса из подвала»
|
Егор молчал, жадно вслушиваясь. Звук повторился. Тот же: цок-цок. Звук стал ближе. Сомнений не было, кто-то поднимался по подъездной лестнице. — Что с вами, молодой человек? – насторожился дядя Руслан. — Вы слышите? – Егор говорил шепотом, словно боялся вспугнуть приближающееся цоканье. – Это доносится из подъезда! Дядя Руслан поднес ладонь к уху. Цок-цок. Железные копытца стучат по ступенькам. Цок-цок. Железные копытца ходят по этажу. — Вы, должно быть, меня разыгрываете! – догадался вратарь. – Маленький вы фантазер! Цок-цок. Железные копытца остановились перед дверями. — Да кому там быть, в самом деле. Егор знал ответ. — Это она, – тихо сказал мальчик. — Она? — Пионерка. Она пришла за вами. Вратарь натянуто хохотнул: — Я думал, вы вышли из того возраста, когда верят в подобные байки. Призрак пионерки! Ну и ну! Егор перевел взгляд на своего мучителя, посмотрел ему в глаза и увидел там то, что ему внезапно понравилось. Страх, сидящий глубоко внутри. Маленький мальчик Руслан тоже приходил из секции и закрывал все шкафы, чтобы темнота не следила за ним. Темнота или мертвая девочка… — Проверьте! – сказал Егор и совершил невозможное: улыбнулся. — Ха! Запросто! Сейчас схожу посмотрю. А потом мы будем играть. И пить какао. А утром я отведу вас к родителям – вот как мы поступим. Дядя Руслан подмигнул пленнику и направился в коридор. — Вот я иду, – проговаривал он свои действия вслух, – вот я у дверей! Вот я спрашиваю: есть там кто? Вот мне отвечают: нет, нет никого, дядя Хрюшка, вы один, дядя Хрюшка. Он повернул замок и отворил дверь. Медленно поднял голову. Опорожнил мочевой пузырь. Некогда белая, а теперь рыжая рука пронеслась в полуметре от его макушки и ударила в стену. Разлетелась на гипсовые осколки, обнажив каркас – рифленый металлический стержень. Неспешно, как во сне, вратарь стал пятиться, а ОНА вошла в квартиру. Ей приходилось пригибаться, чтобы не задевать дверной косяк. Ниже гипсовой юбки вместо ног у нее были два длинных и ржавых прута арматуры. Она двигалась плавно и осторожно, как гимнаст на ходулях. Тонкие палки-протезы отстукивали шаги. Цок-цок. Цок-цок. От статуи остался лишь торс, юбка, голова и левая рука. Девочка-прутики встала напротив дяди Руслана. — Значит, все правда, – сказал он. Заменяющий правую руку стержень вонзился бывшему футболисту в щеку под скулой. Он не закричал. Проворачивая прут, пионерка ввинтила железо в череп. Кожа на лице дяди Руслана натянулась, превратилась в подобие мокрого перекрученного полотенца. Прут проткнул голову насквозь, вышел из основания шеи и пригвоздил мужчину к стене. Его глаза закатились, и он обмяк. Все это заняло не больше минуты. Статуя выдернула железную руку, позволив трупу упасть, и повернулась к мальчику. Егор забыл дышать. Парализованный страхом, он смотрел, как приближается голем. Будто жуткая цапля на металлических лапках. Пионерка вошла в комнату. Нагнулась над пленником. Ее бело-желтое гипсовое лицо отразилось в зрачках Егора. И хотя у статуи не было глаз, она тоже смотрела на него глазными впадинами. — Я не немец, – сдавленно произнес мальчик, – я свой, я Егор Казотов, я не немец… Металлическая рука уткнулась ему в грудь. Егор попробовал зажмуриться, но веки ему не подчинялись. |