Книга Лисий Омут, страница 34 – Елена Леонова

Внезапно тишину нарушил хруст веток. Из чащи за спиной Карлова вышел пожилой мужчина с небритыми щеками и подбородком, одетый в длинный серый тяжёлый плащ с капюшоном и высокие резиновые сапоги. В руках он держал корзинку, доверху наполненную грибами. Мужчина замер, увидев людей на поляне, а затем не спеша подошёл ближе.

— Доброго вам утра, – сказал он хриплым низким голосом.

— Вы кто? – Карлов, делая несколько шагов в сторону незнакомца, достал и показал ему удостоверение капитана полиции.

Мужчина зыркнул на документ и слегка улыбнулся.

— Григорий Иванович Бойцов, я из Черногорки, тут рядом, вот, грибы собираю.

Максимова, не удержавшись, подбежала и с любопытством заглянула в корзинку.

— А что за грибы, неужели ещё есть?

— Конечно, – охотно отозвался Григорий Иванович, – лисичек много, подосиновики и подберёзовики, – он вновь улыбнулся. – А вы, значит, из полиции? По поводу тела, небось?

Саблин, слегка удивлённый его осведомлённостью, спросил:

— Откуда знаете про тело?

— Так в деревне все знают. Вы что? Такое событие! К нам же приезжали, расспрашивали.

Саблин тут же нашёл в мобильном фото Можаева и показал грибнику.

— Видели этого человека?

Григорий Иванович отрицательно покачал головой.

— А знакомы с рыбаком, который обнаружил тело?

— Конечно. Его зовут Прохор. Если надо, могу отвести к нему в деревню.

— Да, надо, – моментально согласился Саблин. – И давайте пойдём через лес.

Майор хотел осмотреть все возможные места поблизости, ведь, как известно, улики иногда находятся в самых неожиданных уголках.

— Вы с нами? – обратился он к Карлову и Лыкову.

Те переглянулись. Егор Михайлович на секунду задумался. Ему совсем не хотелось в Черногорку, ведь они уже там были и допрашивали рыбака. Но отказаться сейчас означало продемонстрировать незаинтересованность в расследовании, да и сгладить требовалось чуть не случившийся конфликт Лыкова с Саблиным. Придётся идти.

— Конечно, товарищ майор, – уверенно ответил он.

В воздухе стоял густой аромат прелой листвы, дождя и земли. Сквозь деревья пробивался тусклый желтоватый свет. Следователи шли за Григорием Ивановичем, ступая по влажному мху, продираясь сквозь голые кустарники малины и заросли папоротника, перешагивая через упавшие деревья и пни, покрытые ковром из берёзовых и осиновых листьев. При раздвигании пушистых лап елей им на лица падали холодные крупные капли с иголок. Вокруг царила невероятная тишина, нарушаемая лишь хрустом веток под ногами. Первым двигался Саблин, за ним Максимова, Карлов, а замыкал шествие Лыков. Грибник шагал впереди всех, не оборачиваясь, словно зная изгибы тропинок наизусть. Его фигура, чуть сгорбленная под тяжестью лет и, возможно, каких-то забот, сливалась с тенями леса. Походка мужчины была уверенной, но неторопливой, будто он не спешил никуда, а просто наслаждался моментом единения с природой. В руках, крепко сжимавших плетёную корзину, угадывалась сила, несмотря на кажущуюся немощность. Григорий Иванович выглядел подобно старому дубу, укоренившемуся в этой земле, постигшему её тайны и готовому поделиться ими лишь с теми, кто умеет слушать тишину. Привыкшая к столичному гулу и суете Дина ощущала себя здесь неуютно, но в то же время испытывала какое-то странное, приятное умиротворение. Каждый шорох, каждый треск казался значимым, словно лес вот-вот поведает что-то, о чём никогда не узнаешь в городе.