Книга Лисий Омут, страница 41 – Елена Леонова

— Надо позвонить в Вышний Волочёк и вызвать сюда за нами машину, – предложила Дина.

— Ну… – Карлов достал из кармана брюк мобильный и проверил сеть. – Связи нет.

— Её тут ни у кого нет, – заметил Прохор. – Более или менее работает только у магазина, но в такую погоду… не уверен.

— Я сбе́гаю проверю, – решил Лыков и поспешил в предбанник за верхней одеждой, и вскоре все услышали, как хлопнула входная дверь дома.

— Можете заночевать здесь, – предложил Прохор, – если не удастся вызвать машину и дождь не прекратится. У нас в бане много места, разместим вас.

— Да, да, – подтвердила Лариса. – А вы, что же это, чай так и не попили и пироги не попробовали? Давайте!

— Заслушались вашего свёкра, – хохотнул Егор Михайлович.

Гости присели к столу, и в воздухе повис аромат свежей выпечки, смешиваясь с запахом крепкого чая. Лариса разлила душистый напиток по чашкам, а затем с улыбкой пролепетала:

— Ну теперь уж никто не уйдёт голодным! Угощайтесь, не стесняйтесь. Это мои фирменные пироги с яблоком и творогом, надеюсь, вам понравится.

Максимова, откусив кусочек, одобрительно кивнула.

— Лариса, просто божественно! Вкус невероятный, сразу вспоминается детство. И тесто воздушное, буквально тает во рту!

— Спасибо, мне очень приятно, – зарделась Лариса, ставя перед каждым гостем чашку с чаем. – Я старалась. Мой свёкор, кстати, тоже большой любитель выпечки. Всегда говорит, что пироги – это душа дома.

— Точно, – подтвердил Осип Андреевич, с удовольствием попивая чай.

Хлопнула дверь, и в комнате появился промокший Лыков.

— У магазина связи тоже нет, – сообщил он, – а дождь льёт как из ведра! Просто ужас, под ногами каша!

Саблин, прожевав угощение, посмотрел на Карлова, и тот, каким-то неведомым ему самому образом, прочитав во взгляде майора невысказанное решение, изрёк:

— Тогда мы подождём немного и, если дождь не стихнет, пожалуй, воспользуемся вашим предложением и переночуем у вас.

Дождь так и не прекратился. Небо затянуло беспросветной серостью, а из леса в деревню пришёл густой туман. Воздух стал тяжёлым, пропитанным запахом сырой земли. Мир замер, погружённый во влажную унылую тишину, нарушаемую лишь монотонным шумом дождя и редкими пугающими раскатами грома, доносившимися издалека. В таком тумане даже знакомые тропинки становились чужими, а едва различимые силуэты домов приобретали зловещие очертания. Казалось, из этой мглы вот-вот выйдут призраки прошлого и за каждым деревом и покосившимся забором таится что-то неведомое, ожидающее своего часа. Оставшиеся на ветках листья, словно измученные, бились под натиском холодных капель. Чёрная земля, местами проглядывающая сквозь жухлую траву, превратилась в вязкое мокрое месиво. Ямы и канавы наполнились водой, и теперь грязные потоки неслись по улицам, переливаясь и бурля.

Вечер спустился на деревню незаметно, будто примкнув к уже лежащему сумраку. Окрестности замерли, погрузившись в тишину, и лишь слабые огоньки в окнах соседних домов, точно маяки, говорили о присутствии рядом жителей.

Осознав, что погода не улучшится, следователи решили переночевать в Черногорке. Поужинав и пообщавшись с Осипом Андреевичем о его молодости, работе в школе и деревенских сложностях, они решили не отягощать более хозяев своим присутствием, и Прохор, как обещал, повёл гостей в баню.