Книга Костяной шар, страница 74 – Елена Леонова

— Да, я слышал.

— Так вот. Помимо этого, существуют ещё области в Китае, где популярны иные диалекты. И Внутренняя Монголия, собственно, где мы и находимся, относится к такой области. Тут распространена помесь китайского и монгольского. И не в одном формате. Некоторые поселения могут изъясняться только на своём, особенном, диалекте.

— Понятно. И что? Вы в них не разбираетесь?

— Не уверен. Я же самоучка в языках, — со смешком произнес Мирон. — Кто знает, как общаются люди, живущие вблизи Хара-Хото? Может быть, они вообще на тангутском.

— Но вы же смогли прочесть надпись на ключе. Она была на тангутском.

Мирон вздохнул.

— Смог, да. Но, повторяю, возможны сюрпризы. Поэтому я согласен с Яной, нужен специалист.

— Сюрпризы такие же, как то, что в Хара-Хото спрятаны сокровища Чингисхана, о которых вы ничего не упоминали? — писатель поднялся с раскладушки и сел.

Мирон, теребивший седую бороду, улыбнулся и кивнул.

— Справедливое замечание. Думаешь, я намеренно от тебя скрыл?

— А это не так? Мне казалось, мы договорились ничего не скрывать, но, похоже, я ошибся.

— Не ошибся. Тема с сокровищами второстепенная, как я и дал понять Арсению. Если в древности захоранивали императора или выдающегося человека, с ним в могилу разве не клали драгоценности? Вспомни Египет. В гробницах фараонов, помимо саркофага, разве не было ценной утвари?

— Было.

— Вот. И тут так же. Конечно же, в могиле Чингисхана будут сокровища! Очевидно!

— Но Арсений упоминал не захоронение, а казну! Разные вещи! Казна, думаю, превышает по стоимости погребальную утварь.

— Может, да, а может, нет. Темуджин скончался после финального похода на царство Западное Ся, и именно тогда пропала вся казна. Полагаю, эти события связаны. Правитель умер, а его казну спрятали с его телом.

— Это лишь версия. Вероятно, сам Чингисхан спрятал казну, а уже потом скончался.

— Моя теория, как ты понимаешь, относительно нахождения на мысе Рытый захоронения полководца — ошибочная. Там скрывался лишь ключ. Не думаю, что монголы стали бы так заморачиваться ради сокровищ: прятать подсказку о нахождении казны так далеко от родных мест. Тут задачка поглобальнее.

— А легенда про колодцы Чингисхана? Она же существует. И в ней речь о казне. К тому же, напомню, именно колодец на мысе Рытый привёл нас к ключу.

— Соглашусь. Но, опять-таки, легенды на то и легенды. Кто знает, что там было на самом деле. Возможно, Чингисхан завещал укрыть все деньги вмести с ним при погребении. Отсюда и миф о сокровищах.

Филипп задумался. Сказанное Мироном не казалось лишённым логики, но интуиция настойчиво говорила ему об отсутствии пока однозначного ответа на то, что же именно спрятано в Хара-Хото.

В юрту заглянула Вера.

— Голодные? Пойдёмте на ужин.

Палатка, где в лагере была организована столовая, оказалась просторной, заставленной небольшими круглыми складными столиками и стульями, а с левой стороны располагался прилавок с контейнерами, в них писатель разглядел несколько горячих блюд: варёный рис, тушёные овощи и какое-то мясо в соусе. Рядом лежал нарезанный хлеб, стояли термосы с чаем и кофе, чистые тарелки и столовые приборы. Аромат от еды шёл приятный, и Филипп с удовольствием положил себе рис и мясо.