Книга Костяной шар, страница 80 – Елена Леонова

Выйдя из машин, путешественники собрались вместе, осматриваясь.

— Аля, — обратился Мирон к девушке-практикантке из лагеря археологов, — надежда на тебя. Возможно, тут говорят на распространённом диалекте, но что-то мне подсказывает, понимать их будешь только ты.

— Если здесь проживают торгуты, то, скорее всего, они изъясняются на смеси монгольского и китайского, — сообщила Аля.

— Вот и посмотрим, — Мирон поправил рюкзак за спиной и уверенно пошёл в сторону оазиса.

Никаких стен или ворот, обозначающих вход в поселение, не было. Сразу начались дома, которые по мере продвижения вглубь оазиса размещались всё теснее, и такое их расположение означало, что за плотно выстроенными стенами находились внутренние дворики, как принято на Востоке. В таких дворах хорошо сохранялась прохлада, можно отдохнуть от дневной жары в кругу семьи, закрывшись от посторонних взглядов.

— Тут явно живут не кочевники, — сообщил Филипп.

— Точно нет, — покачал головой Мирон, — здесь постоянное поселение. И, думаю, оно обитает тут не первое столетие.

— Потомки стражи Чингисхана.

— Вероятно. Думаю, когда-то они разместились здесь, чтобы охранять пути монгольской армии, но со временем так и остались.

Песок под ногами перешёл в каменные плиты, и вскоре путешественники оказались на небольшой площади. Вокруг образовались люди. Одни, явно туристы, фотографировались, другие сидели рядом с лотками, заполненными кокосами и бананами на продажу. Дома тянулись по кругу, обрамляя площадь, в центре которой виднелся колодец. Между домами Филипп заметил проход, выводивший к озеру, где берега частично заросли низкими зелёными кустарниками, а чуть дальше начиналась тонкая лента мелководной реки, уходившая в дюны.

— Ну, Филипп, какой план? — спросила Яна.

— Надо найти и пообщаться с кем-то из местных.

— И найти место для ночлега, — добавил Мирон. — Начинает темнеть.

— Ну, в крайнем случае, у нас есть юрты.

— Нет. Аян с ребятами собрались уезжать.

— Почему? — удивился писатель. — Они не пойдут дальше с нами?

— Не пойдут. Мы договаривались с ними только до лагеря археологов. То, что они довезли нас до оазиса, — из одолжения.

— А они не боятся ехать ночью по пустыне?

— Да нет! — усмехнулся Мирон. — Они же из кочевников. Пустыня — их дом.

— Понятно.

— Ждите пока здесь. Я пойду с ними попрощаюсь, — краевед, скинув рюкзак и поставив его на землю рядом с Яной, направился обратно к машинам.

— Пойду поищу кого-то из местных, — сообщил Смирнов.

— Стой, — Яна ухватила его за локоть, — как ты собираешься общаться? Ты же не говоришь на китайском?

Смирнов задумался на секунду. В своих путешествиях он не раз обходился и без знания местного языка, но сейчас, возможно, действительно стоило прибегнуть к помощи специалиста.

— Аля, пойдёшь со мной?

— Да, конечно, — обрадовалась девушка.

— А ты тогда побудь здесь, с вещами, — попросил Филипп Яну.

— Ладно.

Писатель кивнул Але, и они направились в сторону маленького магазинчика с продуктами, скрытого под большим навесом из светлой ткани.

— Тут прям оплот цивилизации, — заметила девушка, когда они подошли ближе и можно было разглядеть лавку, где на прилавках лежали орехи, специи, сухофрукты и вода в бутылках.

— Ну, видимо, везде люди стараются заработать. Здесь, похоже, часто бывают туристы, вот местные и решили сделать для них комфортные условия.