Книга Красный Нарцисс, страница 31 – Елена Леонова

Саблин медленно сделал шаг вперёд. Каждый мускул его тела напрягся, по спине пробежал холодок, а в висках запульсировала кровь.

Майор присел на корточки, стараясь не прикасаться к конверту.

Красный цвет казался зловещим, почти кровоточащим. Следователь внимательно осмотрел его. Никаких надписей, никаких опознавательных знаков, как и в прошлый раз. Просто идеально гладкий, пугающе яркий прямоугольник.

Саблин дотянулся до пакета, лежавшего в прихожей у вешалки, и надел его на руку, чтобы не оставить отпечатков.

Внутри нарастало давящее предчувствие беды. Следователь догадывался, что перед ним — не просто шутка. Это послание.

Сглотнув пересохший комок в горле, майор решительно схватил конверт. Он поднялся, держа его перед собой. Скинув ботинки, Саблин прошёл в комнату к столу. Медленно, стараясь не повредить содержимое, он вскрыл конверт. Сердце бешено застучало в груди.

Внутри лежал белый плотный лист бумаги, где крупным, угловатым почерком было написано:

«Зацепившись хвостиком,

Коза свалилась с мостика.

Сложно вам со мной играть.

Когда правил не понять».

Положив конверт на стол, Саблин быстро вытащил из пальто мобильный и набрал номер.

В окнах дачного домика горел тёплый, уютный свет, словно маяк среди бушующей белой метели. Стол в комнате напоминал поле битвы, где сражались прошлое и настоящее. Книги, раскрытые на самых разных страницах, громоздились друг на друге, будто баррикады. Компьютер с мерцающим экраном отображал сложные символы и таблицы. А в самом центре этого хаоса, под тусклым светом настольной лампы, лежали копии текстов с древних свитков.

Филипп, нахмурившись, склонился над ними. Он пытался прорваться сквозь завесу веков, расшифровать текст, написанный на древнем набатейском языке. Фразы, словно призраки, ускользали от него, не желая раскрывать свои значения.

Писатель перебирал словари, сравнивал символы, сверялся с грамматическими таблицами. Но пока всё было тщетно. Набатейский язык оказался крепким орешком, не поддающимся с наскока.

Смирнов вздохнул, откинулся на спинку кресла и потёр уставшие глаза. Он чувствовал, что это долгий и кропотливый труд. Но также понимал: за сложными письменами скрывается история, которую должен узнать. История о древнем народе, возможно, о его культуре и жизни. И он не отступит, пока не решит эту загадку, пока не заставит древние свитки заговорить.

Филипп снова склонился над столом, вооружившись терпением и упорством. Ночь обещала быть долгой, но мужчина был готов к этому. После отъезда Саблина он решил вернуться к работе над реликвиями, помня о предупреждении следователя, но любопытство тянуло писателя, не давая переключиться на что-то иное.

Внезапно тишину разорвал звук мобильного. Филипп вздрогнул и, чертыхнувшись, потянулся к телефону.

— Привет! — услышал он в трубке голос Саблина. — У тебя всё в порядке?

Филипп нахмурился.

— Вроде бы да. А в чём дело?

— Я только что нашёл в своей квартире красный конверт. Точно такой же, как у тебя на даче. С детской считалочкой внутри.

— Ты уверен? — пробормотал Смирнов.

— Абсолютно. Конверт идентичный. Кто-то подбросил его тебе, а теперь и мне. Чёрт возьми! Неизвестный не только хочет нам что-то сказать, он знает, где мы живём, Филипп!