Книга Красный Нарцисс, страница 61 – Елена Леонова

— То есть просто так не купишь, если не работаешь в соответствующей сфере?

— Купишь, но не в чистом виде.

— Ей плеснули кислоту в лицо? — уточнил майор.

— Да.

— Вот мерзавец! Так, Влад, делай что хочешь, но нам необходимо больше данных! Осмотри всех жертв ещё раз! Пусть твои ребята по новой обследуют квартиру дворника и подъезд Вороновой! Нам нужны зацепки! Пока мы топчемся на месте.

— Понял! Сделаем всё возможное!

— А лучше и невозможное, Влад!

— Добро.

Следователь убрал мобильный.

— Дина, бери в охапку Синицына и ищите всех медиков, ветеринаров и кто имеет отношение к медицине в нашем районе! Нарцисс живёт или работает рядом. Ищите всех, старше двадцати и моложе шестидесяти. Бороду и очки не отметайте, вдруг не камуфляж.

— Хорошо!

— Давайте! Тимофеев будет рвать и метать утром, поэтому надо искать! Запросите видео со всех камер в районе дома Вороновой. Надеюсь, Нарцисс засветился где-нибудь.

Снег падал крупными хлопьями, застилая мутным полотном окна. В своей небольшой квартире в центре города Филипп уже третий день бился над разгадкой набатейских свитков. Он перевёл бо́льшую часть текста, но чем дальше продвигался, тем сильнее запутывался.

Каждый свиток рассказывал свою интересную историю, и две из них были о Набатейском царстве, но третья… Третья связывала набатеев с событиями, казалось бы, совершенно не имевшими к ним отношения: исходом иудеев из Египта и горой Синай. Этот отрезок древней хронологии, произошедший за много веков до образования Набатейского государства, тянулся к человечеству со страниц Библии. О тех временах мало что достоверно известно и в основном из Святого писания: египетский фараон, опасавшийся увеличения численности израильтян и приказавший их изнурять тяжёлыми работами; рождение и взросление Моисея; бегство из Египта; гора Синай и обретение десяти божественных заповедей. Смирнов листал книгу Исход, вторую из Пятикнижия Ветхого Завета, погружаясь в библейскую историю и пытаясь найти связующую нить текстов со свитков. Но всё тщетно. Единственным общим знаменателем событий, описанных в Библии и хрониках Набатейского царства, был первосвященник Ясон, но какова его роль и почему неизвестный автор решил упомянуть о нём в рукописях, Филипп пока не понимал.

Голова гудела от обилия информации, а ясности не прибавлялось.

Он откинулся на спинку кресла, устало потёр глаза. Писатель сидел за компьютером с шести утра, ещё даже не завтракая. Внезапно Смирнов почувствовал, что больше не в силах самостоятельно копаться в древних источниках. Ему нужен совет, взгляд со стороны.

Филипп встал, пошёл в кухню и сделал себе кофе. Бодрящий напиток наполнил силами. Вернувшись в комнату, он взял телефон и набрал номер профессора Феранси. Возможно, Джулио знает, что поможет разгадать многовековую головоломку. Не зря же итальянский учёный сам попросил писателя заняться свитками.

Зимняя буря продолжала бушевать за окном.

Прошло несколько томительных гудков. Смирнов уже засомневался, что профессор ответит. Разница во времени, да и возраст учёного… Но вдруг в трубке раздалось хриплое «Pronto^[7]».

— Профессор Феранси… Джулио? Это Смирнов, из Москвы. Простите за ранний звонок.

— Да-да, Филипп! Приветствую! — учёный перешёл на английский. — Как продвигается работа со свитками?