Книга Роковой саквояж, страница 57 – Елена Дорош

Выходит, нет, не отказались они. Есть еще горячие головы, готовые пожертвовать собой! То ли безумцы, то ли патологические убийцы, то ли просто запутавшиеся люди!

Размышлять над этой загадкой — не его задача. Он просто помешает им осуществить задуманное и все!

Дальше пусть у Маклакова голова болит.

Ему не давала покоя мысль: для успеха задуманного членам группы нужно столь многое знать, что без помощи местных не обойтись.

Возможно, именно тут кроется разгадка, почему и для чего пресловутый пуд золота?

Часть — на оружие и подготовку, остальное — приобщенным или приобщившимся к делу большим и малым костромским чинам.

А ведь есть еще и тот, кто все придумал, тот, кто послал золото.

Многовато на одного Троицкого. Разворошить осиное гнездо можно, но надобно еще и ос переловить!

Переловить и уничтожить, да так, чтоб не покусали!

Троицкий даже поежился от предстоящих трудов, догадываясь, что избежать подвига не удастся.

— Что? Дрожишь? — тут же обратился к нему Богдан.

— Взбадриваюсь перед делом! — не моргнув, парировал Захар. — Люблю кураж!

— Неужели? А сам-то в таких делах участвовал?

— О том, где я участвовал, вам знать необязательно, — отрезал Троицкий.

— Ну-ну.

Неужели Богдан его подозревает? Если так, то он умней, чем кажется. Спиной к такому лучше не поворачиваться.

Болтаться по городу долго не пришлось: троих — в том числе гнусавого — засекли на пристани под Молочной горой. Сложность состояла лишь в том, чтобы не попасться бандитам на глаза, ведь по их рожам сразу было видно, что ищут они пропавшего пленника.

Троицкому приходилось прикрываться спинами новых товарищей, что получалось с трудом: он был на голову выше любого из них.

К обеду удалось обнаружить всех людей Лошадника, которых знал Троицкий, и они вернулись на Марьинскую воодушевленные.

План захвата золота был в деталях разработан через два часа. Оставалось достаточно времени на то, чтобы незаметно вытянуть из господ революционеров хоть какие-то намеки на тех, кто их послал, или тех, кто помогает им здесь, в Костроме. Однако за два часа «задушевной» беседы он так и не услышал ни одной фамилии. Террористы оказались более подготовленными, чем он думал, или дело в том, что ему не доверяет не только Богдан.

Кто же их сообщники здесь, в Костроме?

Возможно, шуры-муры Ирэн с Яковом Стрелецким демонстрировались публике для отвода глаз, а на самом деле оба — члены террористической группы.

Вертихвостка и искательница приключений вербует в ряды террористов представителей власти и поддерживает контакты с теми, кто уже в деле.

Раз так, она вполне может заявиться сюда и, разумеется, его узнает.

Захар прикинул, может ли Ирэн свидетельствовать против него. Ничего разоблачающего его истинные занятия она не знала, если только не задавалась целью выяснить, кто он такой на самом деле. Но это вряд ли. В то время она была так же далека от политики, как индийский слон от балерины Кшесинской. Ирэн интересовали исключительно плотские наслаждения, она вела жизнь гедонистки и казалась равнодушной ко всему, что не приносило ей чувственного удовольствия.

Он не мог вспомнить ни минуты, когда Ирэн говорила бы о политике или вообще о чем-то серьезном.

Что за невиданная метаморфоза с ней случилась? Как революционеры попались ей на пути? Ответ может быть только один: она взяла себе в любовники того, кто имеет отношение к заговору. И не просто отношение. Он — непосредственный его участник и организатор! Кто же это?