Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 147 – Татьяна Карсакова

— Стой, — Юля кладёт руку мне на грудь. — Так ДНК с окурков мы не самым законным путём нашли. То есть, ты подключился к городским камерам…

— Молодец, — хвалю. — О том, что я подключался к городским камерам, не нужно знать никому, кроме нас. Я не работаю в органах и прав таких у меня нет. Поэтому окурки — доказательство внутреннее, только для нас. Дальше мы будем искать доказательство для всех. Жека это хорошо умеет делать. Если надо будет пойти написать заявление в полицию — сможешь это сделать?

— Конечно! — Юля реагирует с энтузиазмом. — Я сделаю всё, что ты скажешь.

Внутри неожиданно хорошо от этой фразы. Мне никто в жизни это не говорил. Я сделаю всё, что ты скажешь. А мне, оказывается, хотелось именно это услышать. Мне в принципе всегда хотелось быть главным. Чтобы мои приказы выполняли. За мной шли. Только кто ж меня пустит в нашей команде? У нас ответственность лежит поровну на каждом. И руководит тоже каждый по необходимости. А тут… Юлька.

— Молодец, — хвалю. — Поехали, покормлю.

Везу Юльку в ресторан напротив нашей конторы. Готовят тут сносно, я сам ем периодически. Но сегодня заказывать себе ничего не хочется. Смысл, если у Юльки дома полный холодильник вкусной еды? До дома потерплю. Беру себе какой-то кофе и смотрю на то, как ест Юля. И опять она молодец. С аппетитом сметает первое, второе и десерт. Ещё и салат просит.

— Я всегда много ем, когда нервничаю, — смотрит на меня жалобно.

— Оправдываешься, что ли? — удивляюсь.

— Просто… — мнётся. — Девушке некрасиво много заказывать…

— Денис такое сказал? — ржу. — Юль, не тупи. Хорошо, когда ешь нормально. Значит, со здоровьем всё нормально. И нет депрессии. И прочего барахла в голове. Ешь уже. Ты сколько до этого голодала?

— С тобой невозможно голодать, — кривится. — Ты постоянно закармливаешь.

Закармливаю. Ну. Потому что здоровый человек должен есть. И вообще, хорошо, когда есть еда. Надо пользоваться этим.

Смотрю в окно и вижу, что к конторе подъехал Жека. Вот ты и попался. Сейчас будем издеваться.

— Юльчонок, наелась? — смотрю на Юльку. — Если хочешь что-то ещё, бери, но постарайся быстрее. Нам надо Жеку воспитывать.

— Нет, я могла бы, конечно, спасти Женю… — улыбается. — Но в меня больше не влезет.

— Я тебе спасу, — фыркаю и зову официанта. — Юльчонок, смотри, — рассказываю наш план. — У нас в конторе есть спортзал, мы с тобой туда сейчас пойдём. Мне надо тренироваться, чтобы быть в форме. И так с тобой несколько дней дурью маялся. Жеке надо тренироваться, во-первых, потому что он — ленивая какашка и его на тренировки надо пинками загонять. Во-вторых, у него было ранение. Видела, хромает? Вот ему надо ногу разрабатывать. А он ленится и плохо делает упражнения. Я его заставляю, чтобы он не ленился и быстрее восстановился. А то всю жизнь будет хромать. Поняла?

Кивает.

— Молодец, — снова хвалю. Юлька сегодня меня радует. — Будем играть в надзирателя. Детям очень нравится эта игра. Я затащу Жеку в спортзал и загоню на тренажёры, а ты будешь следить, чтобы он не халтурил. Можно на него ругаться как хочешь. И кричать. И подбадривать. И мне жаловаться. Делай что хочешь, лишь бы занимался нормально. Договорились?

Юля кивает.

— Молодец, — завожу её в контору с заднего входа, откуда мы обычно ходим. — Стрелецкий!