Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 21 – Татьяна Карсакова

— Нет! — подрывается и закрывает собой балконную дверь. Снова трясется, зуб на зуб не попадает.

Маша, я тебя ненавижу. Никого умнее к ней приставить нельзя было?!

Включаю свет, изучаю детали. Юлька зареванная, растрепанная, влажная и несчастная.

— Вот что мне с тобой делать? — спрашиваю в пустоту.

— Оставить в покое? — робко.

— Не прокатит, — качаю головой. — Давай лягу у тебя в комнате.

— Со мной на кровати? — глаза распахиваются. Боится.

— Нет, — успокаиваю. — На полу.

Что мне с ней еще делать?..

Приношу одеяло и подушку. Открываю балкон, выключаю свет и ложусь между балконом и кроватью, перегородив собой всю комнату. Комната для меня маловата, ноги упираются в стену, но жить можно.

Пол твердый. Мне нравится. В интернате частенько так спать приходилось, я привык и оценил преимущества.

Спина выравнивается сама собой, позвоночник хрустит. Полезно, да.

Перевожу взгляд на Юлю. Сидит, прижав коленки к груди, на меня смотрит.

— Что? — уточняю.

— Тебе неудобно! — с ужасом.

— Нормально, — отмахиваюсь. — Спи.

Не ложится. Что ты будешь делать?!

— Ну иди сама попробуй, — предлагаю. — Это приятно. И полезно.

Юля медленно слезает с кровати. Реально ко мне пойдет, что ли? Я бы хотел.

Подвигаюсь, освобождая место рядом с собой на подушке. Интересно, ляжет?

Замирает, разглядывая.

— Можно вслух? — пытаюсь наладить коммуникацию между нами.

— Это некрасиво, — Юля присаживается рядом со мной на колени, щупает руками жесткий паркет.

— Со мной некрасиво молчать об эмоциях, это как разговаривать на иностранном языке рядом с незнающим его человеком.

Почему-то совсем не напрягает объяснять Юле такие нюансы. Как своим. Меня бесит, когда люди спрашивают из любопытства. Мартышкой в зоопарке себя чувствую. Но нравится, когда реально хотят наладить общение. Тогда, наоборот, чувствую себя таким же, как и они. Только иностранцем. Юля хочет наладить общение. Это приятно.

— Ты очень большой, — шепчет.

— Генетика плюс тренировки, — объясняю. — Мы находили фотографии моего деда. Настоящий богатырь. Все село держал в страхе.

— Почему в страхе? — Юля удивляется.

— Потому что считали колдуном. Поржать хочешь?

— Ну, давай, — неуверенно.

— Мы с напарниками пробовали выяснить мою генетику, чтобы понять, с чем имеем дело. Нашли село, откуда я родом, ездили туда поговорить. Так одна бабка стала креститься и брызгать в меня святой водой… — смеюсь, вспоминая. Юлька тоже смеется.

— А ты что сделал? — с любопытством.

— Стал корчиться и делать вид, что из меня демон выходит.

— Маша тебя побила? — спрашивает Юля с пониманием.

— Когда перестала смеяться, — улыбаюсь, вспоминая те времена. Второй год нашей работы в команде. Молодые, туповатые, азартные, инициативные. Попёрлись к чёрту на кулички мою родню искать. На машине. По дороге заглохли в какой-то глуши. Я толкал, Женя газовал, Маша рыдала от смеха и снимала на камеру. Почему-то хочется рассказать об этом Юле. Кажется, она поймет и оценит. Легко. Нашел нужное слово. С Юлей легко. — Самый прикол в том, — рассказываю, — что деда местные считали каким-то суперколдуном. Мол, он нечисть с кладбища водил, демонов вызывал, порчи делал… А я на него очень похож внешне. А по характеру — не похож. Дед был буйный, его реально боялись. Та бабка решила, что я то ли демон, то ли наказание деда за все его грехи.