Книга Сцены из жизни дознавателя Шишкина, страница 3 – Михаил Востриков

Элла опять показала, теперь уже на себе:

— И ещё у него нет фабеллы. Это вот здесь, под коленкой, такая маленькая косточка, которая защищает коленный сустав сзади. Та же история! Эволюция человеческого тела называется! За двести лет средний рост и вес людей увеличились, нагрузка на колени возросла и эта косточка стала необходима. Даже не представляю, как он танцевал без такой защиты? И это ведь только внешний осмотр! А что будет, когда я к нему внутрь со скальпелем полезу? Понимаешь, о чём я?

— Не очень. Он что, танцевал?!

— Да, он был артистом балета Мариинки — танцор. По паспорту — Варфоломей Иванович Гасконцев. Не из ведущих, но всё же. Умер прямо во время утреннего детского спектакля. Упал и всё! Как выключили. Поэтому его не на Шафировский (обычный морг при городском крематории), а к нам привезли, криминал искать. Действительно, странная смерть. Причину пока не понимаю. Трупных проявлений нет, но и признаков жизни никаких.

Элла помолчала, подбирая слова попроще:

— Мгновенной смерти всего организма у человека не бывает. Пока одни органы уже умерли, другие еще живут — у покойных волосы растут, ногти. Душа же в нас, она пока тело покинет… В общем у человека не как в машине, которая сразу останавливается, когда глохнет двигатель. А у него, этого танцора, именно, как в машине вышло. Хотя и в машине некоторое время всё равно что-то шевелится и булькает.

Элла опёрлась о резекторский стол и продолжила:

— Сейчас буду его вскрывать. Вот и решила тебе показать заранее, чтоб не получилось, как в прошлый раз, когда ты тело «до» не видел. Помнишь ту женщину с телевидения?

Как выключили…

Конечно Валера помнил тело Изабеллы Ивановны Гасконцевой. Роскошная молодая женщина. Он вспомнил запах её духов, теперь уже навсегда предвестник беды. Она была дикторшей питерского телевидения с лицом и манерами английской принцессы, известная всему городу.

— Выходит, что, она родственница была этому танцору? Судя по одинаковому отчеству и фамилии… сестра? — сам у себя спросил Валера.

Совсем недавно, а именно двадцать третьего сентября, она умерла во время телепередачи в прямом эфире. Как выключили! Просто, упала с кресла и всё. И ни одной зацепки на насильственное, отравление или болезнь. Кроме того, что на следующий день после вскрытия, которое ничего такого не обнаружило, её молодое прекрасное тело превратилось в тело ужасной древней старухи. Испортилось, скукожилось, как надкушенное яблоко.

Был жуткий скандал! Муж Гасконцевой, большой телевизионный начальник, не хотел забирать «чужое» тело из морга и написал заявление в полицию о его возможной подмене. Валера с этим разбирался как дознаватель. Сравнивал результаты тестов ДНК по биоматериалам «до» и «после». Факта подмены тела не усмотрел, ДНК сошлись на 100 %. Кроме того, на левом предплечье обоих женских тел были совершенно одинаковые татуировки, выполненные каким-то искусным мастером тату — восьмиконечный мальтийский крест, перевитый виноградной лозой. Так и похоронили ту дикторшу в закрытом гробу на Смоленском кладбище.

Н-да, бывали случаи в «лихих девяностых». Меняли тела покойных, путали следствие. Тогда зарплаты у судмедэкспертов были мизерные, вот и соглашались некоторые из них на щедрые посулы братвы. Оттуда и правило пошло, и до сих пор его не отменили — брал судмедэксперт в морге тело на исследование, скоблил и сдавал на хранение биопробу «до», а когда заканчивал — биопробу «после». А чтобы их сравнить, если что не так.