Книга Сцены из жизни дознавателя Шишкина, страница 98 – Михаил Востриков

Почему так официально — майор, дознаватель? А потому что, хоть Валера сейчас и в отпуске, но навыки дознания не утратил и во время исследования он профессионально подмечал и укладывал все установленные им факты и фактики в одну, только ему известную систему. А выводы он сделает потом. В общем, всё было как обычно.

И для начала Валера вышел через рябь обратно в свою комнату. Йодом из аптечки помазал полученные при падении царапины на лице и на животе. Недовольно посмотрел на себя в зеркало.

«Чингачгук поцарапанный!»

Ладно, пройдёт, красоваться пока не перед кем.

Валера выключил компьютер, сканер и принтер. Все бумаги аккуратно сложил и вместе с артефактами — тростью и сосудом, занёс обратно за рябь и всё положил на подмости конструкции купца Хромова. Мало ли что с ними может случится пока его не будет, пусть лучше здесь полежат, целее будут. Надо же… Да, это были обычные строительные подмости.

Валера прошёл в комнату, положил в карман коробку спичек, проверил смартфон — заряжен. Проверил крепление осветительного диодика на лбу — сидит нормально. Сверил свои часы с ходиками на стене, кукушка как раз куковала одиннадцать.

Всё! Пошёл!

Изнутри

Факел у входа Валера не зажигал. Активный физико-химический процесс окисления органики в незнакомом, возможно, замкнутом помещении, ну его, обойдёмся. Китайский диодик справлялся с освещением не хуже факела и часа на два работы его аккумулятора хватало.

Итак, перед Валерой было три варианта начала движения по объекту исследования. Как и в любой русской сказке. Видимых подсказок как «пряму ехати — живу не бывати, направу ехати — женату быти, налеву ехати — коня стерявши», не было. И куда же ему было идти?

Да прямо! Почему? Не всё ли равно, откуда было начинать…

Надо сказать, что ряды на каменном полу были выставлены очень правильно. Плотные, ящик к ящику, мешок к мешку. Все ровные, как по шнурке. Между рядами было примерно три метра, целая дорога. Через каждые 100 метров в каждом ряду был разрыв шириной три метра, т. е. ещё одна перпендикулярная дорога. Тоже ровная. Такой, квадратно-гнездовой метод укладки.

Разметку площадок таких размеров сегодня можно было сделать только теодолитом, глаз человека такую точность не давал, ибо были искажения.

Судя по аккуратности и плотности, укладка была ручная. Видимо ехала по дороге какая-то груженая платформа типа воза, а грузчики брали с неё элементы хранения и укладывали.

«Могу себе представить этих грузчиков… Мощь невероятная, столько перекидать, — подумал Валера, попробовав поднять один мешок. — Килограмм пятьдесят будет, точно».

Сокровища

Валера приподнял мешковину с одной из корзин и присвистнул. Так и было! Серебряные флорины «пополино» (Было время, юный Валера интересовался нумизматикой в кружке Дворца Пионеров на Фонтанке).На аверсе монеты — лилия, а на реверсе — фигура Иоанна Крестителя. Примерно, по тысяче штук в корзине.

Следующая корзина… Ого! Золотые флорины. Они по размерам были поменьше серебряных, стало быть и в корзине их было много больше тысячи штук.

Кроме ивовых корзин, простеленных и укрытых мешковиной, Валера зафиксировал и выделил в рядах наличие несколько видов тары и упаковки:

Ящики — в них как артиллерийские снаряды на соломе лежали золотые кубки, украшенные драгоценными камнями — рубины, сапфиры, изумруды, александриты, жемчуг. Кинжалы, подсвечники, все золотые. Великолепная работа древних мастеров-ювелиров.