Книга Комендантский час, страница 25 – Джейн Коуи

Она сунула планшет в сумку и закинула ремешок через плечо. К черту его. К черту их всех. Как же ей надоели все эти люди, которые относятся к ней как к пустому месту! Достаточно взглянуть на ее мать, которая заставляет ее прийти на работу, а затем выгоняет, не позволив отработать полный день. Ее одолело мрачное настроение.

Она вышла на улицу. В центре города царило оживление, вокруг было полно людей, и мужчин, и женщин, совсем не как на тех улицах, по которым она шла в центр утром. Ей следовало быть счастливой, но она не чувствовала ничего. Кэсс снова вспомнила сегодняшнее утро, и на душе стало темно и угрюмо.

Она забрала из центра ключ от электронных браслетов. Нет, не просто взяла. Украла.

Кэсс сунула руку в карман, чтобы проверить. От волнения ее затошнило, но она испытала облегчение сразу, как только ключ коснулся чувствительных кончиков пальцев. Понятия не имела, что с ним делать. Оставить его у себя она не могла, выбросить в первый попавшийся мусорный бак – тоже. Боялась, что кто-то ее увидит и обо всем догадается.

Кэсс села в автобус в направлении дома, на заднее сиденье, чтобы наблюдать за остальными пассажирами. Никто не обратил на нее внимания, и в конце концов ей удалось расслабиться и подумать. Она не украла ключ, а подобрала, а это лучше, чем если бы его взял кто-то из мужчин.

Дверь Женского дома открылась прежде, чем она поднесла ключ к замку. Показалось лицо миссис О’Брайен.

— Уже вернулась? – язвительно спросила она.

Из всех женщин в Женском доме Кэсс ненавидела миссис О’Брайен больше всего. Она была главой комитета жильцов и решала, кому жить здесь, а кому подыскивать другое место. Кэсс считала, что обретенная власть лишила ее остатков разума. Не нравились Кэсс и спортивные наряды, из которых не вылезала миссис О’Брайен. То, что она дополняла флисовый топ жемчугом, положение не исправляло.

— Похоже на то, – пробурчала Кэсс, протискиваясь внутрь мимо этой старой летучей мыши.

— Разве ты не должна быть в школе?

— Нет. – Кэсс не стала ничего объяснять. Не ее ума это дело. Также она не стала произносить то, что вертелось на языке, поскольку любая попытка послать миссис О’Брайен куда подальше приводила к тому, что мать устраивала дочери часовую лекцию о том, как важно «быть вежливой с другими женщинами», особенно с теми, кто живет в Женском доме. Кэсс считала их жалкими, ведь они выбрали жить здесь и не иметь отношений с мужчинами. Им не помешало бы поработать над своими убеждениями. Не все мужчины настолько ужасны.

Она прошла по коридору, оставляя ботинками следы на розовом ковре, поднялась по лестнице в их квартиру и закрыла за собой дверь прежде, чем кто-либо еще из проживающей здесь полиции нравов успел высунуть голову и найти за что ее раскритиковать. Она ненавидела эту жизнь и мечтала вернуться в их прежний дом, где они жили с отцом. Папа был веселым. Его не волновало, чем она занята и как одевается. Он не относился к ней как к ребенку. Кэсс чувствовала, что местные женщины постоянно за ней шпионят, но не могла этому помешать.

Она захлопнула дверь своей комнаты и плюхнулась на кровать. Достала из кармана ключ от электронного браслета, внимательно его осмотрела, спрятала в дальний уголок ящика со своим нижним бельем и надолго залегла в ванну. Ее мама ударила электрошокером мужчину! Кэсс до сих пор не оправилась от этого потрясения, хотя, оглядываясь назад, признавала, что ей следовало быть к этому готовой. Она знала, какая у нее мать. Она ведь видела, с какой яростью та вытолкала за дверь ее отца.