Книга Тайна кровавой графини, страница 100 – Анна Велес

На перекрестке бульвара с пешеходной улицей стояли часы, стилизованные под старинный фонарь, будто большой расписной скворечник на длинной тонкой ножке. До него было где-то шагов пятьдесят, когда Артем начал понимать, что все кругом меняется. Он узнал это ощущение, будто жизнь замедляется, будто мир вокруг подергивается тонкой пленкой, как если бы реальность вдруг стала только кадрами на экране в кинотеатре.

Артем остановился, начал оглядываться по сторонам, гадая, откуда она появится в этот раз. Арка, небольшая, грязно-белая, соединяющая два домика по правой стороне от следователя. Синее яркое пятно ее шарфа. И снова Артем чудом на таком расстоянии четко увидел ее темные волосы, разделенные прямым пробором, тонкую руку, поднятую в насмешливом приветствии, глаза. Он не стал встречаться с ней взглядом.

Просто больше не хотел. Артем не собирался рваться вперед, пытаться преодолеть невидимую преграду, разделявшую его и актрису. Он не будет ее ловить, играть по этим правилам. Потому что Елизавета Аксо не представляет больше для него интереса. А еще он точно не хотел снова видеть на человеческом лице глаза твари. Она не заставит его, потому что Артему не нужна эта призрачная оболочка, этот морок. Важна только реально существующая девушка, захваченная незнакомой и чуждой этому миру сущностью. Нужна только Люда.

Следователь остановился, смотрел на призрак. Он ждал. На белой стене подворотни найти послание Людмилы будет трудно, но он постарается. Если девушка сможет оставить ему весточку. Но та, что сейчас казалась Елизаветой Аксо, не собиралась выводить непонятные слова по побелке. Актриса тоже замерла, опустив руку вдоль тела. Казалось, она надеется притянуть к себе Артема, привлечь его, снова заставить нервничать, бежать, бороться. Их странная связь еще существовала, но больше не работала. Женская фигурка, обтянутая стильным платьем, развернулась, шагнула прочь. И будто тут же исчезла. Артему даже показалось, что вместо нее он смог заметить простую темную курточку и болтающуюся вдоль спины светлую толстую косу.

Иллюзия нереальности лопнула снова, будто время чуть ускорилось, а потом вошло в свой привычный ритм. Артем шумно выдохнул, только сейчас сообразив, что все равно на время этой короткой встречи затаил дыхание. А еще только сейчас понял, каких усилий стоило ему не поддаться игре актрисы. Все мышцы чуть ныли, как если бы он держал планку пару минут подряд, да еще и без предварительной разминки.

— Реально театр? – У Аркадия на лице была написана потрясающая смесь эмоций: почти детский восторг, недоверие и почему-то нетерпение.

— Но это же было очевидно, – чуть пожал плечами следователь.

Они встретились на туристической пешеходной улице возле небольшого кафе, где продавали напитки навынос. Здание психологического факультета располагалось чуть дальше, в паре домов от этого места, стояло на перекрестке местного Арбата и еще одной старой узкой улочки, ведущей к студенческим общежитиям.

— Если выражаться высоким книжным стилем, – с долей иронии заметил Артем, – то как раз ради театра наша местная Батори, считай, душу продала. Один ее псевдоним чего значит. Точно по Шекспиру, для нее вся жизнь – театр.

— А я ставил на их магический кружок, – признался профессор. – Вроде логично, ей именно там как бы новую жизнь подарили. Она же во все это верила, похоже искренне. Да и, если честно, местечко более комфортное. Домик такой аккуратный, в нем музей купеческого быта сейчас. Можно найти, где поспать нормально, в конце концов.