Книга Тайна кровавой графини, страница 102 – Анна Велес

— Так вот, к позитиву мы и пришли!

Аркадий указал на здание психологического факультета, к которому они успели подойти. Центральный вход располагался со стороны все той же пешеходной улицы, выглядел на удивление скромным, без всяких там крылечек, портиков, колонн и прочих украшений. Профессор не стал заходить внутрь, повел друга дальше. Артем знал, что, если обойти здание, там в уютном дворике будет и второй вход, но профессор остановился четко на углу.

— Смотри, – велел он. – Кстати, снова парные случаи.

Без вот этой ремарки Артем долго бы еще пытался понять, что́ он тут должен увидеть. Угол здания был не острым, он больше походил на ровный полукруг, как если бы корпус украшала небольшая башенка. Когда-то почти так и было: согласно давним студенческим легендам, на этом углу наверху более ста лет назад располагалась обсерватория. Кто ее там устроил и зачем, теперь уже узнать невозможно, да Артему это и не было интересно. Важно то, что в этом полукруглом повороте была дверь. Парные случаи, упомянутые Аркадием: два незаметных выхода, что в филармонии, что здесь.

— Она наверняка замурована, – изучая дверцу, предположил следователь.

Профессор расплылся в очередной нервно-радостной улыбке, подошел ближе и наигранно-торжественно постучал. Им открыли сразу. На пороге стояла Нина.

— Он тебе спектакли устраивает? – спросила она Артема.

Он только кивнул и шагнул внутрь, протянул подруге ее любимый раф.

— Между прочим, я не паникую, – заявила она, принимая стаканчик. – Спасибо!

Артем только усмехнулся. Они все совсем не паникуют. Да друзья не знают и половины поводов, из-за которых стоит паниковать!

Они поднимались гуськом по узкой винтовой лестнице. Это на самом деле напоминало башню. Романтический образ портили только вполне себе современные пластиковые двери на площадках этажей. Зато сами «пятачки» между рядами ступенек были очень примечательны: аккуратные, небольшие, но правильно-круглые.

— В этом деле все не слава богу, – с долей шутки пожаловался Артем. – Обычно получаешь труп и готов сам кому-нибудь душу продать за хоть каплю информации. У нас же данных было так много, что я не успевал их обрабатывать. Теперь другая напасть: слишком много очевидного. Прячется актриса в своем же театре, вызвали ее сюда в этой башне? Аркаша, ты силен в таких делах, вроде бы как раз круг рисуют на всяких там обрядах, да?

— Рисуют, – подтвердил профессор. – Но ты не угадал. Вызвали ее не здесь.

Он распахнул перед другом и женой дверь, ведущую на третий этаж, первым быстро прошел небольшой кусок того самого странного предбанника, соединяющего теперь два факультета, поспешил на территорию математиков, где и остановился.

— В этой комнатушке, – указал друг на очередную дверь. – Точно парные случаи.

— Незаметные двери и в театре, и тут, – перечислил с веселой иронией Артем. – Теперь две кладовки? Снова и тут и там?

— Слишком натянуто для парных случаев, – прокомментировала Нина. – Еще бы назвал это поведенческим паттерном.

— Я бы это не выговорил, – так же весело признался Аркадий. – А про кладовки – это тоже не совсем так. У них тут что-то вроде архива. Или библиотеки.

— По мне, так точно именно кладовка, – пробормотал Артем, оглядывая с порога помещение.

Комнатушка была довольно просторной, но захламленной. Везде стояли стеллажи, заваленные какими-то бумагами, папками, чертежами. У окна на столе целых три явно давно не работающих стационарных древних компьютера. Вокруг на полу громоздились процессоры. Их было явно больше, чем мониторов. В дальнем углу намечалась самая натуральная свалка из сломанных стульев и каких-то коробок.