Книга Тайна озера самоубийц, страница 105 – Анна Велес

— Зачем ты пришел? – спросила Амелия. Ровно, обманчиво дружелюбно.

— Петр попросил. – Почему-то журналист решил быть честным. Или мстительным. Он знал, что увидит в ее глазах после этой фразы.

Но ошибся. Она приняла удар легко. Даже чуть усмехнулась, будто бы и ждала такого выпада.

— Наказание? – с издевкой предположила она. – Если бы ты еще что-то понимал…

Илья мысленно ее ответный удар зачел. Да, он по-прежнему понимал мало.

— Вообще, я еще и попрощаться собирался, – известил он девушку. – Пора уезжать.

— Серьезно? – Она подалась вперед, будто ей сказали что-то вроде детского секрета. Выглядело это все так же наигранно, даже издевательски. – После всего этого просто возьмешь и уедешь? После того, что ты сделал?

— Я? – Он начал злиться. – Ничего не путаешь? Новая игра? Только я не верю, Амелия.

— Мне-то что, – пожала художница плечами, – до твоей веры? Я просто хочу узнать, ты нормально себя чувствуешь? Совесть не мучит?

— А ей есть из-за чего меня мучить? – Илья сейчас почти ненавидел ее.

Амелия чуть ли не развлекается за его счет и может тянуть эту игру в слова бесконечно долго. Потому что он останется и будет это терпеть. Потому что все равно хочет услышать все до конца, что она посчитает нужным ему сказать. Его чертово неискоренимое желание добраться до сути. То, что так радовало раньше, что помогало в профессии, что вело вперед. Теперь все это играет против него. Амелия уже права, он так и не понял многого. Не про преступления, про Горских. И эта недосказанность угнетает, о чем Амелия прекрасно знает.

— Ты реально не хочешь этого признать? – спросила она. – Ведь это именно ты во всем виноват. Это ты убил Аню. Но ты даже понять этого не можешь, да? Ведь ты же видел посвящение. Там, на тех нотах.

Илья нахмурился. Да, та тетрадь, что Василий нашел в шкафу Анны. Ноты. И надпись: «Илье. Благодарность». Мотив убийства, который так и остался, по сути, размытым и малопонятным. Вернее, только интуитивно понятным. То, о чем сам Илья только что говорил врачу. Зависть. Анна и ее творчество. Кризис у самой Амелии. Какая-то болезненная вера, что сестра ворует у нее вдохновение.

— Она просто писала музыку, – произнес Илья. – Мне или кому-то еще, не имеет значения. И я даже не знал о таком ее подарке.

— Подарок? – Она картинно удивилась. – Да это почти проклятье! То, что она отдала это тебе. Без света, без звука. Сама!..

Внезапно ее выражение лица изменилось. Девушка резко напряглась, сжала кулаки.

— Мерзкая тварь! – зло выкрикнула она. – Мало я ее ненавидела! Если бы знала… Она должна была умереть иначе. Чтобы мучилась. Чтобы больно!

Амелия снова уставилась на Илью.

— И ты! – добавила она холодно. – Тебя тоже надо было убить. Все это началось из-за тебя! Только ты виноват! Она сделала это для тебя. Потому она виновата. Потому умерла. А ты даже не можешь этого признать!

Он думал, девушка снова станет буйной, может даже бросится сейчас на него. Но нет. Очередная метаморфоза, новый образ. Амелия резко успокоилась. Теперь она смотрела с брезгливостью, с каким-то царственным упреком.

— Уходи, – велела она и отвернулась. – Ты узнаешь. Поймешь. А потом… Желаю тебе наложить на себя руки. Хотя если ты останешься с этим жить, еще хуже.

— Как я понимаю, – холодно осведомился Илья, – ждать от тебя уточнений и внятных объяснений, чего же такого мне надо понять, не стоит?