Книга Тайна озера самоубийц, страница 106 – Анна Велес

Она его раздражала как никогда. И вызывала еще какое-то мерзкое чувство. Наверное, точно такую же брезгливость, какую он прочел на ее лице.

Художница картинно развела руками и отвернулась. Всего на миг, а дальше все опять изменилось. Амелия вскочила с места, заметалась по комнате, схватила щетку для волос и запустила ею в стену, издав долгий пронзительный визг. Начала шарить кругом, выбирая, что еще разбить или сломать. Потом метнулась к окну, начала дергать шторы, пытаясь задвинуть их еще плотнее.

— Подделка! – с отчаянием вопила она. – Все подделка. Он не даст мне свет! Он теперь не даст ничего! Ненавижу! Ненавижу всех! Мое! Это должно было быть моим! Только свет…

— Нам пора, – не выдержал врач и начал буквально вытаскивать Илью из комнаты.

Журналист особенно и не сопротивлялся. Он устал от этой женщины. Он ей не верил, даже сейчас. Илья подумал, что способен ворваться обратно и ударить Амелию. Как тогда вечером на причале, когда она изображала сестру. Но это не имело бы смысла.

— Как вы? – участливо поинтересовался психотерапевт. Илья усмехнулся.

— Переживу, – заявил он не без иронии. – У меня нет образования даже психолога, но тут все очевидно. Амелия перекладывает вину на окружающих. На меня, потому что я попался ей под руку.

— В большой степени вы правы, – осторожно согласился врач. Только в его словах явно слышалось некое «но».

— Что еще? – не слишком вежливо осведомился журналист.

— Вы не просто попались под руку, – уточнил специалист. – Вы были ей нужны. Похоже, она нас переиграла. Потому что и ждала она именно вас.

— Почему вы так решили? – Такой ответ Илью немного обескуражил.

— Вы имеете для Амелии какой-то вес. И ей нужно, чтобы вы ее поняли, – мягко сказал психотерапевт. – Знаете, большей части психически нездоровых людей нужно именно это, обычное человеческое понимание, а значит, принятие их, таких не похожих на остальных.

Илья недобро подумал, что в этой клинике на одного психа больше, чем числится по ведомостям.

— Вы хотели узнать причину ее отчаяния, – напомнил он суховато. – Возможно, теперь вам что-то стало понятнее.

— Не слишком, – с досадой признался специалист, провожая посетителя к дверям. – Но меня не могут не восхищать ее перевоплощения. Это даже больше, чем роли. Я знаю, все сестры Горские любили играть. Анна в меньшей степени, Клара… Она могла сменить полностью манеру речи и поведения, но чтобы так… Амелия среди них самая талантливая.

— Или самая больная, – напомнил Илья. – Остальных сестер тоже наблюдали вы?

— Нет, – покачал врач головой. – Я тут недавно. До этого Горских наблюдал мой коллега, он сейчас на пенсии. Но я внимательно изучил все его записи.

Он вдруг смутился.

— Это был не совсем профессиональный интерес.

Илья устало вздохнул.

— И кто из сестер? – спросил он.

— Клара, – признался врач. – Она не обращалась за помощью. Она мне нравилась, и я с ней спал некоторое время. Пока она хотела.

Он уставился в пол.

— Думаю, вы уже привыкли слышать такие откровения, – произнес он с самоиронией.

Илья только устало кивнул. Нет, ему не было противно от понимания, что сестры Горские перебрали, похоже, большую часть мужского населения этого города в возрасте от двадцати до пятидесяти. Он устал считать «очарованных». А еще Илье было ноюще грустно. От всего, что случилось, вернее что сломалось на его глазах в доме Горских.