Книга Кошмарная вечеринка, страница 106 – Эммелин Дункан

Пусть он и не ответит согласием, но хотя бы задумается о моих предложениях.

— Знаете, — сказал он, — в саду есть амфитеатр, недалеко от дома. Его надо немного подреставрировать, но когда он будет в порядке, возможно, он пригодится для какой-то части вашего литературного фестиваля. Или, может быть, для летней литературной программы. Или для чего-то связанного с музыкой. Чего-то такого, что хорошо сочетается с продажей вина и может спонсировать, например, музыкальное образование.

— Да, вы правильно поняли. Слушайте, мне пора, но я готова поговорить с вами или с Ларк после Хэллоуина.

Мы с Джеком наконец сбежали, но мне, похоже, действительно надо перекинуться с Ларк парой слов о ее отце.

Однако сперва я должна поймать убийцу и вызволить мою лучшую подругу из тюрьмы.

Я направилась прямиком в «Маленькие опасные талисманы». Конечно, я понимала, что беседу с Джет надо вести деликатно. Уговорить ее рассказать мне все.

Но времени у меня было в обрез.

— Слушай, Джет, — сказала я. — Я не хочу быть невежливой, но я видела, как ты развернулась и убежала, едва заметив Айви в пабе. Это было за пару дней до ее смерти. Мне нужно знать почему. Клянусь, это важно, и дело вовсе не в моем праздном любопытстве.

Джет заморгала.

— Я не знакома с Айви, — сказала она. — В пабе я пыталась избежать встречи вовсе не с ней. Но ты права: я убежала. Потому что я трусиха. И я не выдержу, если придется прятаться еще один год.

Я мысленно перебирала гостей Рэйвен и Эмметта, которые тогда были в пабе. Гармони? Они вместе работали как дизайнер и инфлюенсер и что-то пошло не так?

— С кем ты не хотела пересекаться? — спросила я.

— С Нейтом. — Она подошла к диванчику, опустилась на него. Скрестила руки на коленях.

Я села рядом с ней.

— Почему?

— Не уверена, что слово «сталкеринг» подойдет. То есть Нейт не сделал ничего такого, чтобы я могла обратиться в полицию. — Джет потерла затылок. Она не сводила взгляда со стоящего перед ней столика. — Как-то бессвязно выходит. Сестра Нейта была моей подругой детства, и после того, как у нее случился тяжелейший эпилептический припадок, во мне что-то надломилось. И Нейт сломался. Она была еще подростком, у нее никогда прежде не случалось никаких припадков.

Джет посмотрела на свои руки. На одном из ее колец были изображены два переплетенных сердца.

— Она умерла? — Джет, наверное, меня возненавидит.

Джет покачала головой:

— Так даже, наверное, было бы проще. Она получила серьезное повреждение мозга. Девочки, которую мы знали, не стало, хотя физически она еще жива. Это тяжело. Она все еще рада меня видеть, но неспособна как-либо коммуницировать. И я чувствую себя виноватой: я здесь, воплощаю свою мечту, а она в интернате. Я не встречала никого умнее ее. Она окончила школу в шестнадцать. Хотела стать педиатром. У нее бы все получилось, она была почти гением.

— Это очень больно. — Меня захлестнуло сострадание. Биологически Дэнби не была моей младшей сестрой, но, если бы с ней что-то случилось, меня бы это раздавило. Или если бы что-то случилось с Колби, если уж на то пошло.

— Я поддерживала связь с Нейтом — в память о нашей с его сестрой дружбе. Несколько лет назад мне понадобился фотограф, и я написала ему. Не надеясь, что он заинтересуется, — просто подумала, что он может кого-то порекомендовать. И когда он сказал, что будет счастлив помочь, я с нетерпением ждала новой встречи с ним.