Книга Дважды нелюбимая жена. Найду счастье в северном лесу, страница 39 – Тая Вальд

Наша свадьба стала событием, которое Ледяной Клинок будет помнить ещё очень долго. Всё произошло так быстро, что у меня до сих пор голова идёт кругом. Не прошло и недели с того момента, как Ингрид с позором изгнали, а я уже стояла в главном зале крепости в платье, от которого перехватывало дух. Его сшили за считанные дни, но невозможно было поверить, что это работа таких спешных сборов. Платье было серебристо-белое, расшитое кристаллами, напоминавшими иней, и мельчайшим жемчугом. Оно мягко струилось по телу, а длинный шлейф несли две юные служанки, смотревшие на меня с благоговением.

Зал был переполнен. Казалось, весь клан пришёл посмотреть на эту странную жену своего принца. Но в их взглядах я больше не видела подозрения — лишь любопытство, одобрение и надежду. Аррен стоял у алтаря, со взглядом полным обожания. Он был облачён в парадные одежды тёмно-синего цвета, оттенявшие его белые волосы и ледяные глаза. На груди красовался герб клана — снежный барс.

Церемония была красивой, торжественной и немного пугающей. Мы обменялись не кольцами, а особыми оберегами — он повесил мне на шею кулон в виде льдинки с застывшим внутри снежным цветком, а я ему — небольшой медальон с крошечным, но вечно горящим огоньком. Когда Верховный Жрец объявил нас мужем и женой, и Аррен по традиции клана, слегка кусая меня за губу, закрепил союз, зал взорвался таким ликованием, что задрожали стены.

Пир, последовавший после, был шумным, весёлым и бесконечным. Ко мне подходили десятки людей — старейшины, военачальники, простые ремесленники. Все хотели пожелать нам счастья, потрогать моё платье на удачу и посмотреть вблизи на «огненную леди», спасшую клан от позора. Я улыбалась до боли в щеках, а Аррен не отходил от меня ни на шаг, его рука твёрдо лежала на моей талии, словно говоря всем: «Она моя. И я её никому не отдам».

Когда силы были уже на исходе, он наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— Думаю, пора. Наши подданные, конечно, замечательные, но у меня есть для тебя кое-что получше.

Он взял меня за руку и, извинившись перед гостями, повёл из шумного зала. За нами летели добрые напутствия и смешки. Нас провожали до дверей наших новых общих покоев — огромных, роскошных комнат с видом на заснеженные горные пики.

Дверь закрылась, и наступила наконец-то благословенная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Мы остались одни. По-настоящему одни. Впервые с того дня, как мы вошли в крепость.

Аррен повернулся ко мне, и вся напускная официальность с него спала. В его глазах горел знакомый, дикий и голодный огонь.

— Наконец-то, — выдохнул он, его руки легли мне на талию. — Я ждал этого момента всю эту бесконечную неделю.

— Всю неделю? — я приподняла бровь, играя с прядями его белых волос. — А что же тогда было прошлой ночью? И позапрошлой?

— Это были просто репетиции, — он притянул меня к себе, и его губы нашли мою шею. — А сейчас… главное представление.

— Помоги мне, — прошептала я кивая на платье. — Я сама отсюда не выберусь.

Он усмехнулся, и его большие, ловкие пальцы принялись за работу. С каждой расстёгнутой застёжкой, с каждым шуршащим слоем ткани я чувствовала, как нарастает напряжение. Наконец, платье с шелестом упало на пол, образуя вокруг моих ног серебристое озеро. Я стояла перед ним в только в тонкой нижней рубашке, чувствуя, как накаляется кожа под его пламенным взглядом.