Онлайн книга «(не) желанная жена офицера Басманова»
|
Точно в деревню бы не вернулась. Но и в универ бы так сразу не пошла, зная, что я пойду ее именно там первым делом искать. Я-то найду, но… Раз она сбежала, значит всё то, что было между нами ночью было для нее фарсом… Останавливаюсь перед ее комнатой, как-то интуитивно оставив ее напоследок, будто сохраняя для себя хоть каплю надежды, что она еще может быть в доме. Без особой надежды толкаю дверь и… …в отчаянии смотрю в пустую комнату. Ушла. Дверцы шкафа открыты нараспашку, видимо она так спешила вытряхнуть оттуда свои вещи и сбежать, что даже не удосужилась… — А, это ты, Бесо? — вдруг слышу ее голос будто меня глючит. — А я подумала, что мама уже вернулась. Она любит вот так вламываться. Платье вот привезла и уехала вроде. Подойди, помоги, пожалуйста. Вдруг вижу как из-за дверцы шкафа высовывается тонкая ручка и манит меня к себе. Не дышу, боясь, что видение развеется. Шагаю ближе. И… …глазам своим не верю. Моя Маша прижимает к груди белоснежное атласное платье. По ее плечам рассыпаются шоколадные кудри. А на губах красуется неприлично алая помада, которую я сразу расцениваю как акт протеста моей родне, и надо сказать очень одобряю. У меня даже член реагирует моментально. — Ты… чего здесь? — спрашиваю, будто все еще не веря что она реальная. — Ну чего-чего? — ворчит Маша, поворачиваясь ко мне спиной, волосы собирает на одно плечо, обнажая передо мной свою спинку. — Собираюсь же, не видишь что ли? Завяжи уже этот чертов корсет, и поторопись одеться, да поехали уже! — Куда? — хрипло говорю я, послушно принимая в руки шнуровку платья. — Как куда? — она дергает дверцу шкафа так, что в зеркале на внутренней створке мы отражаемся вдвоем, и я все еще глазам не верю. И ушам. — Жениться же, Бес! Или ты… передумал? — ее красивое личико на секунду делается таким беспомощным и испуганным. Что я тут же вынуждаю себя наконец уверовать в текущую реальность, чуть резче дергаю шнуровку корсета, притягивая Машеньку в свои объятия, и целую ее обнаженное плечико: — Никогда в жизни, — хриплю, принимаясь покрывать короткими поцелуями ее шелковую кожу. — Я никогда не передумаю, радость моя… Она ерзает в моих руках, тихонько постанывая: — Нам пора, Бесо, — но сама же вжимается в меня сильнее, при этом будто плавясь в моих объятиях. — Как ты… — хриплю ей в ушко, — чувствуешь себя, милая? Что-то болит? — Совсем чуть-чуть, — признается она честно. И я тут же через силу торможу: — Боже, прости, — утыкаюсь лбом в ее плечико, пытаясь срочно остыть, пока не сорвался. — Я должен был держать себя в руках этой ночью. Впереди регистрация и дорога — я могу отложить все, и сходим к врачу. — Вот еще глупости, — отмахивается она, зарываясь пальчиками в мои волосы. — Я отказываюсь откладывать нашу свадьбу и мой переезд. Как отказалась и отложить сегодняшнюю ночь, — строго выдает она. — Так что перестань уже виноватиться и поспеши одеться. Я конечно ничего против не имею, но боюсь в ЗАГС тебя в одних трусах точно не пустят, — усмехается. И хочет было выбраться из моих объятий, но я ловлю ее снова, и поворачиваю к себе: — Подожди еще минутку, — смотрю на нее, и будто наглядеться не в силах. Еще эта блядская помада успокоиться ни сколько не помогает, будоража во мне все воспоминания о прошедшей ночи, и вынуждая думать о том, сколько еще всего мы теперь можем делать с моей манкой невестой. Но еще сильнее, чем помада, меня беспокоит один вопрос: — Скажи, Маш, а как ты… назвала меня этой ночью? |