Книга Я (не) забуду его, страница 20 – Полина Ракитина

От последних слов я просто обалдела и выпала в густой осадок.

Подруга продолжала обмахиваться: со стороны это выглядело, как удушье или приступ астмы у дамы среднего возраста. На самом деле у моей подруги в крови заиграла страсть. Она отчаянно пыталась потушить разгоревшийся огонь любви.

Я не сдержалась и подала ей стакан воды. Она деликатно отстранила его рукой.

— Я тебе сейчас его фото покажу. Смотри! Только не завидуй!

На меня с экрана последнего айфона смотрел молодой грузин. Да, симпатичный парень с темными, слегка волнистыми волосами, но в такой типичной показушной и пошлой позе, что воды захотелось мне, чтобы был повод больше не смотреть бесконечную ленту его фотографий с дорогими машинами.

— Это его? — сомневаясь, спросила я.

— Нет. Это машины его друзей. У него такие богатые родственники.

— Да??? — Я откровенно заглянула в глаза Оксаны. Она это серьезно?

Нескромно говоря, ее парень мне напоминал обычного жигало. Этот подвид мужской особи заполонил не только все социальные сети и сайты знакомств со словами: «Привет, красавица!», но и столицу России. Я вот только откровенно не понимала: Оксана реально не видит в нем прощелыгу, собирающегося вытащить из нее деньги?! Надо сказать, что последний муж Оксаны умер в достаточно молодом возрасте, чуть больше сорока, но успел оставить ей недурное наследство в виде квартиры и торговой площади. Поэтому она могла себе позволить просыпаться в полдень и влюбляться в молодых и прекрасных, не упахиваясь в офисе по восемь или десять часов. Ее основная задача по жизни была — ЛЮБОВЬ. В самом постельном ее варианте.

Оксана продолжала восхищенно болтать о своем новом приключении. Я же мрачнела. У меня даже не было шансов завести себе молодого грузина, чтобы утешиться. Подперев свое потускневшее лицо рукой, я продолжала слушать счастливый голос подруги:

— Он пригласил меня к себе…

— Куда? — ошарашенно спросила я, хотелось добавить и уточнить — в свою общагу, где спят десять гастарбайтеров в одной комнате?

— К родным … В Грузию… У нас все серьезно! Понимаешь!.. — теперь она пристально заглянула мне в глаза. — Я знаю, что ты скажешь сейчас: отчаянная старая женщина пытается схватить молодого голубя. А если я влюбилась?! Что тогда?!

Я не нашлась, что ответить. И тут глаза Оксаны выпучились. Перестали моргать. Соринка, что ли, попала? А нет… Подруга так боролась со слезами радости от неожиданной молодой любви.

Мне стало жалко ее. И я сдалась. Подавила здравый смысл, который призывал к вопросу: может ли молодого парня заинтересовать женщина в возрасте только из романтических и чистых чувств? На мгновение я даже стала завидовать, хотя Оксана еще в начале встречи попросила не делать этого. У меня-то сорокалетний Мудак, который спустя девятнадцать лет сообщил, что он не готов любить меня. После истории Оксаны мне расхотелось говорить о себе. Уж больно сильно я ей проигрывала в вопросах любви.

И тут я уже выпучила глаза и старалась больше не моргать.

После ухода счастливой подруги я еле дождалась полудня, чтобы заказать себе два бокала белого. Невероятное чужое счастье било острой болью по моей натянутой нервной системе, играя зловещую музыку неприкрытой зависти.

И я, ожидая Ирину на обед, тихо вливала в себя бокальчик белого. Тучи рассеивались. Солнце снова грело мою душу.