Книга Врач. Измена. Точка! Это конец!, страница 30 – Анастасия Леманн

Софу было не узнать. Обычно весёлая и радостная, она разряжала последнее время обстановку, делясь событиями.

А здесь ни поговорить, ничего... Просто вяло смотрела на завтрак и кофе.

По её виду было понятно, что внутри дочери что-то надломилось, то, чего я и боялась.

— Соф! Это жизнь! — тихо произнесла я.

— Какая?

Софа подняла на меня глаза отца. Синие, красивые и такие родные. В носу защипало. За завтраком Аксенов был всегда, а теперь его нет.

Я всегда считала, что с таким не столкнусь. Что изменяют ветреные и слабые мужчины, но не Аксенов.

Что Аксенов на это не способен. Он мужчина с большой буквы, верный своим принципам и своей жизни. Он сильный и властный.

Он так не поступит. Кто угодно, но не он, да и вообще у меня хорошая семья. Муж так не сможет — я очень сильно ошибалась. Ещё как смог и ещё как поступил, оставив меня в дураках.

Просто встретил другую. Я не спрашивала ничего, но уже год знала: именно перед праздником моя жизнь изменилась. Встреча на дороге длиною в жизнь — и всё полетело в тартарары.

Не литературно, но факт. Летело всё, и с каждым днём мне становилось труднее, но сейчас в итоге я уже не знала, трудно это или нет. Если бы не Московский, я, наверное, сломалась бы этой ночью, но я сдержалась. Справилась.

Он помог. А если бы не он, я не знаю, что бы было...

— Она правда беременна? Её подруга-блогерша во всех пабликах это написала!

В голосе дочери звучит такая горечь, что не передать словами, как мне горько за неё.

Ещё этот цирк на её глазах, что он вещи собирал, а она его в машине ждала. Больно-то как... До ужаса. Я даже думать не хочу о том, как больно...

Так, всё, стоп, ты сильная, со всем справишься. Со всем...

— Да!

Я не умела обманывать дочь и всегда считала, что я не только мать, но и подруга.

Близкий человек. Смысла лгать ребёнку я не видела, да и его не было...

От слова «совсем».

Софа смотрит на меня с отчаянием. Её красивые глаза темнеют. Мне очень больно за неё, очень.

— Соф!

Я присаживаюсь рядом и обнимаю дочь за плечи. Прижимаю к себе, а в этот момент готова убить Аксенова, просто разорвать.

Ведь он не только мне причинил боль, он причинил боль самому святому и дорогому на свете. Своему ребёнку. Нашему ребёнку, нашему...

Софа никакие доводы слушать не хотела, и всецело я её понимала.

Какие доводы могут быть, когда родители разводятся... Всю жизнь мы были вместе — и всё.

— Осталось только тебе кого-то найти!

Я вздрогнула. Благодаря тому, что мой бывший муж — следователь, да-да, именно бывший.

Настоящим я его больше не могла назвать.

У меня язык не поворачивался. Но одно я точно знала: дальше разговора, как с Московским, ничего не зайдёт. Отчима я к своей дочери не приведу. Я не готова.

— Нет, можешь быть спокойна!

— Ты вон какая красивая!

— Не самая, и нам вдвоём хорошо!

Софа прижимается ко мне, а я глажу дочь по волосам. Здесь я не солгала, нам правда хорошо вдвоём, и пускать кого-то в свой мир я не готова.

Нажилась семейной жизнью. Не вышло. Ну и пусть, пусть дочь будет счастлива в дальнейшем за нас двоих, а я больше не готова. Полюбить я уже точно не сумею, и я знаю это. Знаю на все сто...

Телефон на столе оживает. Удивлённо беру его в руки.

«Доброе утро, Олеся! Хорошего дня!»

Отпиваю кофе, чувствуя, как подрагивают пальцы. Московский... Да ну, это всё несерьёзно, ему нужен кардиолог... Хотя с его связями и деньгами он может у профессоров лечиться. Почему я? А может, я правда ему понравилась?