Книга Мой кремень, страница 33 – Зоя Огнева

— Встречай гостей, Кремень! — крикнул один из них, прячась за спину Веры и используя её хрупкую фигуру как живой щит. — Выкатывайся, поговорим! Бывшая женушка тебе пламенный привет передавала!

На крыльце появился Руслан в своем неизменном инвалидном кресле. Наемники, увидев его, издевательски загоготали.

— Надо же, Костров! Гроза спецназа на колесах! — старший нагло шагнул вперед, глумясь над его физической слабостью и травмой. — Посмотри на себя, полковник. Калека. Списанный в утиль хлам. А Марина-то переживала, что ты тут оживаешь! Жаль, что в первый раз, когда мы стреляли тебе в спину по её наводке, пуля тебя сразу не добила. Что? Удивлен? Твоя женушка и в первый раз участвовала в покушении, спонсировала нас, а сейчас сдала твою берлогу с потрохами.

Они говорили это нагло, совершенно не таясь, потому что для них Костров уже был покойником.

Но Руслан на них не смотрел.

Он не слушал их издевки и признания. Его серые глаза были намертво прикованы к Вере — бледной, испуганной, дрожащей в руках одного из верзил. Он видел её запредельный страх и сейчас хотел только одного: спасти её.

Когда к крыльцу лениво подошли двое наемников, один ид которых волок Веру за волосы, Руслан намеренно расслабил корпус, симулируя полную беспомощность. Он выжидал, когда ублюдки поймут, что он бесполезен и ослабят бдительность. Он позволил самому дерзкому из них сильно, наотмашь ударить его по лицу. Голова Кострова дернулась в сторону, из разбитой губы потекла тонкая струйка крови. Один из бандитов с глумливой ухмылкой приставил холодное дуло пистолета прямо к его лбу.

— Всё, отвоевался, Кремень, — хохотнул наемник.

— Нет! — Вера рванулась в захвате, не понимая каких демонов он творит! Почему позволяет этим отморозкам делать все это с собой.

— Костров, смотри, у тебя защитница нарисовалась, — тот наемник, который удерживал Веру, грубо перехватил ее за талию и затащил внутрь дома, толкнув на широкую кровать у окна. — Развлечемся перед дорожкой, парни! Потом мозги ему вышибем. Ян, руки ему свяжи.

Ян брезгливо сплюнул на деревянный настил крыльца и полез в задний карман брюк за прочным пластиковым хомутом.

Руслан продолжал сидеть неподвижно, его голова была опущена, а тяжелый взгляд серых глаз был устремлен в одну точку — туда, где на кушетке в полумраке избы лежала Вера. Бандит, державший ствол у его лба, на секунду расслабился, опустив оружие чуть ниже, уверенный, что прикованный к креслу калека окончательно сломлен ударом.

Это была их фатальная ошибка.

Время вокруг словно застыло. Одним мощным, молниеносным движением стальных рук он перехватил запястье наемника со стволом, уводя траекторию выстрела в сторону, и с хрустом вывернул сустав. Сухой щелчок кости потонул в глухом хлопке — Костров заставил бандита нажать на собственный спуск, вогнав пулю ему прямо под подбородок. Мужчина даже пикнуть не успел, замертво заваливаясь на деревянные перила крыльца.

Ян, сообразив, что происходит, испуганно выронил пластиковые стяжки и потянулся к кобуре на поясе. Но Руслан уже не сидел в кресле.

Превозмогая остаточную слабость, дикий гул в не до конца восстановившихся мышцах ног и тупую боль в пояснице, он совершил мощный, яростный рывок торса вперед. Он твердо встал на свои ноги. Огромный, страшный, дышащий первобытной яростью. В два широких шага он преодолел расстояние между ними, перехватил Яна за горло своей мозолистой ладонью и с силой впечатал его затылком в бревенчатую стену избы. Пальцы Кострова сжались намертво, наливаясь гранитной тяжестью. Ян судорожно захрипел, мотая ногами в воздухе, пока Руслан одним резким скручивающим движением перебил ему шейные позвонки. Мужчина обмяк, сползая по стене глухим мешком.