Онлайн книга «Эндшпиль»
|
— Нет, — целует в скулу. — Я в себе. — Ладонь Шакирова скользит под мой форменный пиджак, обжигая прикосновением кожу. — Просто мне нужна сатисфакция. Сейчас же. Я ошарашенно моргаю. — За что?! — За все, во что ты меня втянула. И он снова меня целует. Жадно и глубоко. Теплый язык скользит по моему, зубы прихватывают дрожащие губы… — Разве не предполагалось, что силовая вытрясет из тебя дурь? — хнычу, откидываясь затылком на стену, чтобы открыть ему лучший доступ к шее. — Угу. Как видишь, не помогло. Рамиль берет меня за руку, опускает на свой пах и одновременно с тем легонько кусает меня за горло. Я завожусь мгновенно, я дрожу, по моей коже бегут мурашки... Господи. Господи. Господи… Рамиль пахнет кофе, знакомым парфюмом и животной похотью. — Весь день у меня из головы не выходишь. — Это потому что ты спал два часа. — Нет. Его ладонь скользит ниже по моей спине. Он так тяжело дышит, что и дураку понятно, как же сложно ему себя контролировать. Страшно ли мне? О, да. Хочу ли я, чтобы он остановился? Не знаю… У меня дрожит каждая клетка, а по позвоночнику течет ток… Отвоевывая себе немного свободы, шумно втягиваю воздух. Медлю несколько секунд, бегая глазами по его заострившемуся лицу. И сама ловлю его губы. Рамиль выстанывает мне в рот: — Ты специально это делаешь, да? — Что именно? — Доводишь меня. — Я?! Это же ты меня позвал! — спорю с ним между поцелуями. — Да. Точно. И я тону… В том, как он меня целует. Будто настолько долго этого ждал, что в нем вообще не осталось терпения. Будто каждое прикосновение до этого было лишь жалкой репетицией происходящего сейчас. Хочу его. Вторю его сорванным шумным вдохам. И целую в ответ, целую, целую… Рамиль одной рукой зарывается в волосы, заставляя запрокинуть голову, а другой проникает под резинку моих форменных брюк. Смотрю на него во все глаза, когда его пальцы начинают скользить по моим чувствительным складочкам. Ничего сексуальнее этих гляделок в моей жизни, кажется, не было. Я пропадаю в беспросветной темени его шальных глаз. Когда между поцелуями он касается губами уголка рта, щеки, виска — будто неосознанно пытается запомнить меня всю, мне хочется, чтобы это никогда не заканчивалась. А еще почему-то очень хочется плакать. Происходящее между нами совсем не про физиологию. А ведь как бы проще было, если бы всему виной была банальная похоть. Здесь же все гораздо глубже. Или так кажется, потому что его пальцы уже тоже очень… очень глубоко? И это хорошо. Так хорошо, что хочется отплатить ему хоть чем-то. Неудобно — жуть. Но я умудряюсь как-то исхитриться и тоже его ухватить… — Господи… Он большой. И абсолютно готовый. Беззащитно подрагивает в моей руке. Осознание, что кто-то может тебя хотеть так,доводит до финала быстрее, чем самые откровенные ласки. Рамиль вздрагивает в последний раз в моей ладони, зрачки расширяются, поглощая собой окоем радужки, и утаскивают меня за собой. Я вскрикиваю, с остервенением сжимая его руку бедрами. Шакиров отвечает мне плотоядной улыбкой. Закусив губу, утыкаюсь лбом в его плечо и дрожу, боже мой, как я дрожу… Мы как два подростка! — Все? Успокоился? — усмехаюсь, не зная, куда деть глаза. — Не. Похоже, все только хуже стало. Дома разберемся… |