Книга Девочка. Девушка. Женщина, страница 65 – Юлия Резник

— Девушка!

— А мы можем тут постоять? Я заплачу, сколько понадобится. Минут десять-пятнадцать. Не больше…

Водила, если и удивился, ничего не сказал. Я сидела, пялясь в окно. Скользила растерянным взглядом, ни на чем особенно не задерживаясь. А потом во двор заехала знакомая машина. Я вжалась в кресло, закрыв ладонью рот, чтобы не завыть, зажмурилась, чтобы не видеть. Да только поздно. В сердце навсегда, кажется, отпечаталась картина: мой мужчина, бережно обнимающий свою будущую жену.

Я тупо пялился вслед отъезжающей раздолбанной Тойоте, не замечая, с какой силой сжимаю пальцы на Катиной талии. Перед глазами, будто кто-то, мать его, срежиссировал эту сцену, проплыло неживое бледное, как у трупа, лицо Есении. Проплыло и растаяло во мгле. Погода стояла на редкость дождливая.

— Артур…

— М-м-м?

— Это… Это та девочка, да? Она вернулась?

Я моргнул. Повернулся к Кате лицом. Она была значительно выше Есении и крупнее. Как будто я специально искал совершенно другой типаж женщины, чтобы ничего, вообще ничего не напоминало мне о моем наваждении. Да к тому же Катя была жгуче-рыжей.

— Вроде бы. Я не рассмотрел, — соврал, не желая ее волновать. Заправил пальцами за ухо непослушный тугой локон и, улыбнувшись, легонько толкнул к крыльцу. Но Катя вдруг заартачилась, проявив обычно несвойственное ей упрямство.

— Это точно была она.

— Даже если так. Что это меняет? — нахмурился я, вглядываясь в красивые голубые глаза, сейчас тревожные, как море в предчувствии шторма, наполненные небывалой тоской, о причине которой несложно было догадаться. Однажды мы уже расстались из-за Есении. У Кати были все основания волноваться, если бы не пара «но»… Во-первых, я действительно поставил точку в истории с Вавиловой. А во-вторых… Рука соскользнула ниже. Накрыла низ еще плоского живота.

— Ничего. Абсолютно ничего. Совершенно.

Мой сюрприз не шел ни в какое сравнение с тем, что преподнесла мне эта удивительная женщина. Свободной рукой я притянул ее за шею. Уперся лбом в ее… Нежные пальчики Кати тут же ласково пробежались по моей колючей щеке. А одеревеневшее тело в моих руках нет-нет да и расслабилось.

— Уверен? — мягко улыбнулась она.

— На миллион процентов.

— Значит, нет.

Я нахмурился. Отошел на полшага. Наверное, опасаясь чего-то такого, я и не стал ей рассказывать, что Есения вернулась домой моим бортом.

— Скажу охране, чтобы ее не пускали.

— Думаешь, мне стоит опасаться этой девочки? — брови Кати взмыли вверх.

В редких случаях, когда мы заговаривали о Есении, Катя называла ее «эта девочка». И я даже сам себе не мог объяснить, почему мне так это не нравилось.

— Нет. Просто не хочу, чтобы ты волновалась. Тебе же нельзя, Кать…

Катя кивнула, закусив губу. Улыбнулась, укладывая свою ладошку поверх моей руки на ее животе.

— Ты просто…

— Что?

— Ты самый лучший, Вершинин, знаешь?

— Конечно, — усмехнулся я. — Но комплименты от будущей жены я готов слушать снова и снова. Только не под дождем. Пойдем в дом, Кать. Расскажешь, как твой шопинг. Все успела?

У нашего прилета на материк было сразу несколько причин. Во-первых, предсвадебный шопинг, да. Катя заказала платье в местном магазине, и сегодня у нее была последняя примерка. Во-вторых, именно здешним врачам она решила доверить ведение беременности. Я был не в восторге от этой идеи, потому что не очень понимал, как это будет сочетаться с нашей жизнью на острове, но все же был вынужден согласиться. С медициной здесь дела и впрямь обстояли получше. Ну и в-третьих, Катя, которая до сих пор продолжала работать в школе, выступала в качестве сопровождающего педагога на очередной школьной экскурсии.