Книга Притворщик, страница 67 – Юлия Резник

— Ты его дочь. Он тобой очень гордится. Если ты не против, пройдем в мой кабинет? Не здесь же нам разговаривать.

Пожав плечами, прохожу в указанном направлении. За спиной захлопывается дверь. Здесь, несмотря на исправную систему климат-контроля, запах Матиаса ощущается очень явно. Это сбивает с нужного настроя, утаскивая мои мысли куда-то не туда.

— Тобой отец гордится не меньше. Я рада, что ты здесь, рядом с ним.

— Ну, кому-то же надо было.

Я внутренне ощетиниваюсь.

— Ты на что-то намекаешь?

— Я озвучиваю очевидный факт. Ты-то уехала.

— Может, тебе напомнить, почему?

— Напомни.

Теперь плечами пожимает Матиас. За четыре прошедших года те, кажется, стали еще шире. И я невольно залипаю.

— Хорошо. Ты меня обманул.

— В чем?

Нет, это немыслимо. У меня от злости начинает пульсировать в висках. Кажется, я погорячилась, когда решила, что смогла оставить эту историю в прошлом.

— Нет, ты ответь. В чем я тебя обманул? Может, я клялся тебе в любви?

Господи Иисусе.

— Нет. Не клялся, – хриплю я, осознав, что тут он меня подловил.

— Тогда что не так?

— Ты хотел жениться на мне из-за наследства.

— Ты услышала вопли матери и уверовала, что все про меня поняла? Не дала шанса объясниться. Сбежала, как последняя трусиха. А все почему? Да потому что ты только и ждала чего-то такого.

— Чего-то такого? – повторяю я попугаем, облизав пересохшие губы.

— Вот именно. Ты же никогда не верила, да? Никогда мне не верила. Потому что считала себя недостойной.

Первая мысль, конечно – да что этот мудак себе позволяет? Я открываю рот, но, захлебнувшись собственным возмущением, издаю только стремный булькающий звук. И больше ничего. Резко отворачиваюсь. Гашу порыв сбежать и вместо этого, напротив, прохожу вглубь комнаты. В самое ее сердце. Поворачиваюсь к окну, из которого открывается невероятный вид на мост. Там, снаружи, ветрище. Мысли в голове кружатся, как ошметки мусора, подхваченного его порывами. Чтоб замедлиться, дышу, как учили. Отказав себе в жалости, отстраненно препарирую сказанное. Ведь на самом деле Матиас не сказал ничего нового. Ничего, в чем бы я сама себе не признавалась в редкие минуты откровений.

— Ты молчишь.

— А ты ждал, что я устрою истерику?

— Да нет. Но что станешь все отрицать – очень даже.

— Не вижу смысла отрицать очевидное, – парирую я, громко сглотнув. – Моя самооценка действительно была на дне. Я на самом деле не могла поверить, что заинтересовала такого мужика как ты. Но как показала жизнь, в тот раз мои страхи имели под собой почву, не так ли?

— Я бы никогда тебя не обидел.

Оборачиваюсь. Потому что эти слова требуют зрительного контакта. Без этого – эффект не тот. Да и как понять, можно ли им верить?

— Ты собирался на мне жениться из-за бабла. По-твоему… – лижу губы, – это нормально? Ну, то есть… никаких обид? Врешь ты все. Если бы ты действительно думал, что в этом нет ничего такого, так и не скрывал бы своих намерений. А ты… Да, в любви не клялся. Здесь, конечно, мне тебе предъявить нечего. Но все же ты вел себя так, будто…

— Будто? Ну! Договаривай.

— Будто я тебе нравлюсь.

— Ты мне нравилась.

— О, да хоть сейчас не ври! Какой в этом смысл?!

— Вот именно. Смысла врать нет. Вот почему я говорю правду.

— Я тебе все равно не верю. И моя низкая самооценка здесь ни при чем. – Сунув руки в карманы, я опять отворачиваюсь. – Просто я знаю, какие женщины тебе нравятся. Кстати, поздравляю. Когда свадьба?